Вероятно, его слова должны были меня испугать, но упрямое сердце нашло повод для радости: он не остыл ко мне! Он все еще любит! И боится меня потерять.
— Но если я сама расскажу ему…
— Илва! — он схватил меня за плечи. — Не делай этого. Такое уже было со мной… Я любил… одну девушку… и когда о нас узнали, то…
— Я знаю об этой истории, — весна внезапно утратила краски. — Магдалена.
— Да, — он опустил глаза. — Я не хочу потерять тебя навсегда. Пусть все остается, как есть. И я смогу хотя бы иногда видеть тебя.
— А мне этого недостаточно! — выкрикнула я пылко. — Я хочу быть с тобой. Не просто иногда, а…
Лицо Энги исказилось, он качнул головой:
— Ты принцесса. Такая как ты — не для меня.
— Я найду подходящий момент и поговорю с королем…
Энги долго смотрел на меня, кусая губы, а затем устало махнул рукой.
— Делай, как знаешь. Но ты все испортишь.
Его слова горечью осели на сердце. А что если он прав? Что если король и впрямь разгневается на меня и велит отослать Энги на край земли? Как я смогу этому помешать?
— Ладно, — вздохнула я. — Не унывай, что-нибудь придумаю.
Взгляд Энги окутал меня теплом, его ладони обхватили мои.
— Я тоже скучаю по тебе, Илва, — он поднес мою кисть к губам, согрел дыханием, поцеловал кончик каждого пальца. — Только я мог быть таким глупцом…
Я порывисто приникла к нему и поцеловала в губы. Теплые ладони Энги коснулись моих щек, он ответил на поцелуй еще более страстно, чем прежде, когда мы были женихом и невестой. У меня не нашлось бы сил от него оторваться, но Энги первым совладал с собой и вновь отстранил меня от себя.
— Надо возвращаться, — его дыхание сбилось, грудь вздымалась высоко и часто, — нас нет на виду слишком долго.
— Хорошо, будь по-твоему. Но я еще позову тебя на прогулку — и не вздумай мне отказать!
— Я бы не посмел, ваше высочество, — снова официальный тон, но губы Энги все же тронула улыбка.
— Ты невыносим, — укорила я, улыбнувшись в ответ.
Он помог мне взобраться на лошадь и устроиться в седле. Его ладонь будто бы случайно скользнула по моему бедру, и я вспыхнула, смущенно опустив ресницы.
Но Энги уже отвернулся и вихрем взлетел на коня.
Я вздохнула. Да, он и правда глупец. Не надо было везти меня во дворец — никого из нас это не сделало счастливым.
Гром грянул неожиданно. Прекрасным солнечным утром, когда весна окончательно вступила в свои права, меня призвала королева. Матушка — стало почти привычным величать ее так. Я думала, мы проведем время в беседе о выученных мною уроках, но в покоях королева оказалась не одна. Рядом с ней на обитом бархатом кресле сидел убеленный сединами человек с окладистой бородой и бережно потирал распухшие суставы на пальцах.
— Ингрид, знакомься: это наш придворный лекарь. Я попросила его осмотреть тебя, — ласково сказала матушка.
— Зачем? — насторожилась я, внутренне подобравшись. — Я здорова.
Королева деликатно кашлянула, переглянулась с лекарем и поправила на коленях идеально ровные складки платья.
— Конечно, ты здорова, я в этом не сомневаюсь. Вот только… Кхм. Хорошо, начну с главного. Пожалуй, уже все королевство знает о твоем благополучном возвращении домой. Разумеется, мы не могли не известить об этом и твоего жениха, лорда Милдреда.
Лорда? Я не ослышалась? Неужели старый лорд Хенрик умер? Вопрос вертелся на языке, но если спрошу — непременно выдам себя с потрохами собственной осведомленностью.
Королева будто прочла мои мысли:
— Совсем недавно мы узнали прискорбную весть о том, что упокоился благородный лорд Хенрик. Его сын, молодой лорд Милдред, вступил в законное право владения Крайними землями. Его глубокую скорбь утешила радостная весть о том, что ты жива и здорова, и он с нетерпением ждет отложенной на такое долгое время свадьбы.
Внутри меня разлилась глухая досада. Ждет он, как же! Целых пять лет Милдред ждал возможности жениться на своей новой невесте, оставалось еще два, чтобы подтвердить мою смерть… Нетрудно вообразить, как он беснуется!
— Но лорд Милдред справедливо обеспокоен… кхм… чистотой своей невесты, которая неведомо где пропадала пять лет.
— Чистотой? Он считает, что я не мылась все это время? — я изумленно уставилась на матушку.
— Кхм… я подразумеваю нравственную чистоту. Одним словом, он печется о том, хранила ли ты ему верность и свое девичество.
— Святые духи! — вырвалось у меня. — Да что он себе позволяет?!
— Не поминай исчадий пекла в доме, где почитают Создателя, — нравоучительно произнесла королева, поджав губы. — Твой жених имеет право убедиться в твоей невинности.
— Милая матушка, — внутри уже закипал гнев, — в своей невинности и нравственной чистоте я уверена. Лекарю нет нужды искать доказательства.
— Мы должны убедиться…
— Нет, — категорически отрезала я. — Кроме того, я не собираюсь замуж за лорда Милдреда. Пусть женится на своей… на ком-нибудь другом.
Ох! Едва не выдала себя! Ульва всегда говорила, что длинный язык однажды меня погубит. Королева, впрочем, не заметила оговорки, зато всерьез рассердилась.
— Что за речи, Ингрид? Почему не собираешься? С лордом Милдредом ты помолвлена с давних пор…
