Я говорю — человек, но от человека у него была только форма: руки, голова, ноги. В остальном это был обтянутый сухой серой кожей скелет, абсолютно голый, невероятно высокий. Горящая спичка упала рядом и неплохо освещала то, что творилось на маленьком пятачке. Можно было бы допустить, что на меня напал какой-то несчастный, доведённый до такого кошмарного состояния, но на нижней лицевой части его черепа совсем не было плоти, как и на тонкой шее со сгнившими трубками трахеи и ещё какими-то трубками, перехваченными железным кольцом. Я не силён в анатомии, чтобы всё правильно описать, но не надо быть знатоком, чтобы понять, что меня атаковал мертвец. Однако было ещё кое-что. Две синие светящиеся точки в его пустых глазницах очевидно выполняли функции зрения, а кости пальцев вцепились в мою футболку-поло, когда я оказался под ним на полу. Длинные спутанные волосы клочьями свисали с жуткого черепа и касались моей груди. Гнилые зубы клацали возле самой моей шеи, и сомкнуться им на ней не давали только цепи: одна — на шее существа, приклёпанная к кольцу, и ещё одна или две — на его ногах. Из-за своего лежачего положения мне было не особо удобно разглядывать монстра, который то ли шипел, то ли свистел, — такие странные звуки вырывались из его глотки. Да и не до разглядываний мне было. Я вопил как резанный, звал на помощь Толяна, молил о спасении, так как сам не мог вырваться из цепких мёртвых объятий.
Но помощи почему-то не было. Улучив момент, я вывернул башку и рыскал глазами в надежде увидеть спустившегося друга. Однако то, что я увидел, повергло меня не в меньший шок, чем мёртвая тварь. Силуэт моего лучшего друга не спускался ко мне, а наоборот — поднимался наверх. Он просто сбежал, увидев, что за чудовище навалилось на меня. Просто спасал свою шкуру и бросил меня погибать. Признаться, это почти лишило меня сил и воли к сопротивлению, я был готов к ужасной гибели.
Монстр начал подгребать меня к ближе к себе, и вот я уже ощущал, что он протащил меня на расстояние достаточное, чтобы ему не мешали цепи. Я молил о пощаде, не рассчитывая особо ни на что. Предательство меня добило. Однако дальнейшее было совсем странным.
Когда светящиеся точки глаз сравнялись с моими глазами и были всего в нескольких сантиметрах, его пасть открылась, из неё посыпалась какая-то невообразимо мерзкая труха. Вначале я не понял, но через мгновение из шелеста и шипения мне удалось разобрать одно-единственное слово — «Испытание». А потом тварь отшвырнула меня от себя с такой силой, что я отлетел на несколько метров. К лестнице, по которой сюда спустился. Наверное, я даже ненадолго отключился. Не знаю.
Как уж я взбирался наверх, плохо помню. Но помню, что меня подгоняли звяканье металлических звеньев и шипение, прерывающееся хриплым, неестественным звуком, похожим на смех. Я пулей вылетел из дома, подхватил свой рюкзак и побежал прочь с проклятой поляны.
Я нёсся по нашей тропинке и пробежал её минимум наполовину, когда наткнулся на моего товарища. Он с рюкзаком за спиной и с увесистой палкой в руке топал обратно, в мою сторону. Глаза его были пустыми и одновременно виноватыми. С одной стороны, я был рад, что он всё-таки решил вернуться за мной, а с другой — тварь могла прикончить меня несколько раз за время его бегства. Помимо того, в моей голове застыло то свистящее слово, которое произнёс мертвец. Испытание. Там, в объятиях чудовища, я не придал ему значения, но теперь до меня дошел его смысл. Может, конечно, я ошибся и неверно растолковал случившееся, но для меня вся ситуация действительно стала испытанием. И тот взгляд, те синие точки в чёрных дырах глазниц — они были самим его воплощением. Хотя я и не могу до конца все это объяснить. Ведь можно допустить, что я не пришелся по вкусу монстру, а слово мне просто почудилось из-за шока. Но я решил, что это испытание нашей дружбы, которое Толик не прошёл.
Шашлык вместе с пивом, разумеется, отменились. Мы молча вернулись к остановке, дождались маршрутку, которая отвезла нас в город, а затем отправились по домам. Вечером я позвонил Толяну и сказал, что бизнесом буду заниматься без него. Он спокойно ответил, что понимает причину и согласен со мной.
Вот так я потерял лучшего друга. Через неделю я с двумя крепкими ребятами, одним из которых был вооруженный охотник, вернулся на ту поляну. Но поляна была пуста. Никакой избы, в подполе которой сидел на цепях неживой кошмар.
Закончив рассказывать свою невероятную историю, начальник с удовольствием отхлебнул чай, закусил вкусным пирожным и, хитро улыбнувшись мне, спросил, что я обо всём этом думаю. Я заметил, что хотя он улыбался, рука, которой он держал расписную чашку за ушко, заметно дрожала. Он действительно верил в то, что мне рассказал. Что же, мы обменялись с ним мистическими историями, и его повествование было куда более впечатляющим. Я задумался, глядя на него: сколько ещё тайн скрывает этот человек, который казался мне просто строгим начальником? Его глаза блестели, словно он переживал те события заново, в воздухе повисла пауза.
