Необыкновенный подъем царил в полку — в успехе фронта была частица труда авиаторов. В каждом полете штурманы зорко смотрели вниз, в ночную темень. Там идут в атаку наши солдаты. Нужно точно сбросить бомбы, помочь скорее уничтожить врага! А не продвинулись ли наши войска за минувший час еще на несколько километров вперед? Как бы не угодить по своим. И штурманы старались быть еще внимательнее, еще зорче.
Ночники летали и днем. Экипаж Макаровой — Белик обнаружил в тылу, в лесах, значительную по численности группировку гитлеровцев. Несколько самолетов отправились для бомбометания — Таня повела их. Группировка была разгромлена.
В течение месяца советские войска освободили почти всю Белоруссию и подошли к границам земель Восточной Пруссии.
В ночь на 31 июля 1944 года полк получил боевую задачу нанести бомбовый удар по городу Августову.
Поставив боевую задачу, командир полка сказала летному составу:
— Дорогие друзья! Настал святой час расплаты! Сегодня мы нанесем удар по городу, расположенному в Восточной Пруссии, за нашей государственной границей. Этого дня мы ждали три года. Помните, товарищи, что вы летите в берлогу раненого зверя. Бейте без промаха!
Первым экипажем, отправленным на выполнение почетной задачи, был экипаж Макаровой — Белик.
Легкокрылый По-2 оторвался от земли и взял курс на запад. Настроение у Тани и Веры приподнятое, а разговор будничный.
— Верок, смотри, на дороге машины с зажженными фарами — удивленно воскликнула Таня.
— А пожары какие пылают! Наконец-то мы до них добрались. Прямо чудо: фашисты не затемняются. Освещение действует. Самолеты летают с бортовыми огнями. Вот это да! Это нам на руку.
— Не пойму, или у них такая паника, что позабыли выключить свет, или беспечность. Нужно нам быть поосторожнее.
Вот и город под крылом. Робко, словно нехотя, бьют зенитки. Стреляют зенитчики плохо — разрывы далеко в стороне. Зато для девушек ориентиры отличные. Цель выбрана. Для осторожности Таня заходит с приглушенным мотором. Пора! Вера нажимает спусковой рычаг, и бомбы одна за другой падают на вражеский город.
А на аэродроме полк замер в ожидании. Впервые так волновались и переживали: ведь Вера и Таня полетели на прусскую землю!
Через полтора часа самолет Макаровой — Белик возвратился. Затаив дыхание, все слушали рассказ Тани:
— Боевое задание выполнено! Бомбы сброшены на логово врага! Представляете, какую гордость мы испытывали! А волноваться чего же?! Рассчитывали встретить над целью шквал огня, предполагали найти в Августове неприступную крепость. А там и обстрел-то… Зенитчикам, видно мало приходилось стрелять, совсем не умеют. Разрывы ложились в стороне от самолета. А мы точно направили удар. Девочки, дорогие подруги, в наших силах отомстить врагу за его злодейства!
Через несколько минут все экипажи получили приказ вылететь на боевое задание. Вооруженцы подвешивали под самолеты бомбы с надписями: «Смерть фашистским захватчикам!» Механики и техники, заправляя самолеты, писали на фюзеляжах: «Отомстим фашистам!», «Смерть фашистам!».
В живописном уголке исконно польской земли, захваченном гитлеровцами в 1939 году, в поместье Курово, хозяйничал немецкий барон. Летом сорок четвертого года в страхе перед победоносным наступлением Советской Армии барон сбежал.
Имение осталось в образцовом порядке. Стволы деревьев во фруктовом саду тщательно обмазаны известкой. Дорожки посыпаны песком. Перед домом — цветники и увитые плющом беседки. Тенистая липовая аллея спускалась к искусственному озеру.
Полк разместился в старинном, немножко мрачноватом, но удобном замке. На первом этаже обосновались техники, вооруженцы, штаб; на втором — летчики и штурманы. Такого комфорта давно не видели девушки. Всю Белоруссию пришлось пройти, устраиваясь то прямо под самолетами, то в землянках. А тут спальни в хоромах организовали отличные: белизной сверкали койки-топчаны, на тумбочках в банках стояли пышные букеты.
После обеда все, кому предстояло работать ночью, отправились спать. Одни заснули сразу. Другие еще продолжали тихо переговариваться, когда в одной из комнат нижнего этажа раздался шум. Дежурная Белик спустилась вниз:
— Товарищи, что за галдеж? Вы же мешаете спать.
— Мины! Мины!
Несколько девушек с рюкзаками направлялись к выходу.
— Кто здесь старший? Что за мины? — растерянно спросила Вера.
В ответ — наперебой несколько голосов:
— Товарищ гвардии лейтенант, дом минирован.
— Мы все ясно слышали под полом тиканье.
— Это мины!
— Мы в доме не останемся.
— Отставить разговоры! — суровым тоном сказала дежурная. — Барон, конечно, мог нам устроить сюрприз. Но паниковать незачем. Спокойно. Я сейчас доложу командиру полка.
По дороге Вера вспомнила, что Бершанская улетела в Москву на съезд женщин-антифашисток. Скорее — к заместителю, майору Амосовой.
А старый замок уже весь гудел как улей.
— Мины!
— Дом минирован!
— Девушки, в подвале мины!
