Лето, когда мы пропали полностью

– Точно, так и было. Думаю, ты тогда совсем не проголодался.

Его взгляд смещается с меню на меня, губы почти улыбаются.

– Пожалуй, я бы поел.

Я смеюсь. Такой ответ стоило бы ожидать от него, если бы он только что смел весь шведский стол в одиночку или разделался с четвертью ужина в честь Дня благодарения.

– То же самое, что и в прошлый раз? – спрашиваю я.

На долю секунды наши взгляды встречаются. Это напоминает мне о том, что мы сохранили его посещение в тайне. Я признаю, что помню его заказ, хотя мне, вероятно, не следовало бы.

Его лицо смягчается.

– Да. То же самое, что и в прошлый раз.

Мы не сделали ничего плохого, но когда я выношу его заказ – глазунья из двух яиц, бекон, кусок дрожжевого хлеба на закваске, – то понимаю, что должна покончить с этим. Я знаю, что должна вести себя так, будто его прошлый визит ничего для меня не значил, будто он на мне никак не отразился и будто чаевые, которые он мне оставил, все еще не спрятаны в страницах «Грозового перевала». Но я не поступлю с ним так, даже если бы хотела. Люк, как и я, одинок, в отличие от людей, которые нас окружают. Аллены могут заявлять, что любят нас, но они не наша семья. Они отвернутся от нас, не моргнув и глазом, если мы им не угодим. Я хочу, чтобы Люк знал, что я понимаю его, что я на его стороне, что я не отвернусь от него, что бы ни случилось.

Я выношу его заказ, как подарок. Я помню, что ты здесь был. Помню каждое слово, что ты произнес. Я тебя понимаю.

– Тебе самой удается поесть? – Он задает вопрос так, словно он вообще не имеет значения.

Что он спрашивает на самом деле? Свободна ли я? Могу ли я посидеть с ним сейчас? Не уверена.

Я вздыхаю.

– Да, но позже, когда будет мало посетителей.

– Не соглашайся на эту стажировку.

Внутри меня что-то сжимается.

– Донна приложила немало усилий, чтобы ее устроить. Я чувствую себя обязанной.

Его губы изгибаются в усмешке.

– Какие именно усилия ей пришлось приложить, чтобы устроить стажировку, о которой ты даже не просила? Она знает, что ты не хочешь преподавать. Она хочет, чтобы ты преподавала. Более того, она хочет быть уверенной, что ты останешься целой и невредимой в ее доме, ожидая, когда ее сын вернется за тобой.

– Звучит так, словно она злодейка.

Он проводит рукой по лицу.

– Она наверняка искренне считает, что действует в твоих интересах. Но ее не заботит, чего ты хочешь от жизни. Она решила это за тебя и вынудила тебя с этим согласиться. Она просто сказала бросить твою гребаную работу – ту, что может дать тебе немножко независимости – и выйти на полный день за бесплатно, Джулиет. Ты на самом деле думаешь, что это бескорыстная забота? Или она боится того, что произойдет, когда ты больше не будешь в них нуждаться? Потому что я, черт возьми, уверен, что это серьезный вопрос.

Я сглатываю.

– Донна не такая. И она, вероятно, права. Для большинства людей такая амбициозность плохо заканчивается.

– Если бы все оставили попытки делать какую-нибудь лажу, в которой другие провалились, мы бы до сих пор готовили на огне и мечтали о создании колеса. Как знаешь. У меня для тебя кое-что есть. – Он вручает мне небольшой сверток. – Микрофон. Он подключается к телефону.

Не представляю, почему Люк решил его подарить и что мне с ним делать.

– О, э-э… спасибо. – В моем голосе больше растерянности, чем благодарности.

– Я подумал, что ты бы могла записать свои песни с его помощью. Я поискал в интернете. Многие люди становятся знаменитостями, просто отправив продюсерам свои любительские записи. У этого микрофона качество звука должно быть лучше, чем у остальных.

Пять секунд назад сверток в руке казался странным и по большей части бессмысленным. Сейчас он стал похож на что-то невероятно бесценное. Не просто потому, что Люк верит в меня, в мои способности, когда в это никто больше не верит, но и потому, что ему настолько не все равно, что он пришел сюда и настаивает на этом.

Я смаргиваю слезы.

– Он мне так нравится, – отвечаю хриплым голосом, – спасибо.

– Не благодари меня. – Он берет вилку и втыкает ее в яичный желток. – Воспользуй- ся им.

Я устанавливаю Люку приложение GoFundMe. Он уверен, что никто не будет делать взносы, но я надеюсь, что он ошибается. Если у нас получится купить ему несколько хороших досок – два приличных шортборда[12]и доску для больших волн, – это уже будет довольно неплохо. Этим летом в Санта-Круз пройдет крупный турнир, и ребята думают, что у него неплохие шансы. Может быть, он привлечет немного внимания, найдет спонсора или двух и с их помощью продвинется дальше.

За ужином пастор бубнит о том, чем Люк мог бы заняться, получив диплом в области бизнеса, – маркетингом или продажей автомобилей. Он думает, что, когда у меня за плечами будет год стажировки, я могла бы претендовать на работу в детском саду.

Нет ничего плохого в том, что он предлагает. Просто это не то, чего мы хотим. Мы встречаемся с Люком взглядами.