Лето, когда мы пропали полностью

В конце концов я встаю, прихватив с собой одеяло. Даже в гамаке у соседей будет уютнее, чем здесь. Вхожу в гостиную и вижу Люка на диване. Он смотрит на меня и протягивает руку. И хотя я была твердо намерена идти дальше к двери, невольно тянусь к нему. Он притягивает меня и полностью подминает под себя. Мы идеально подходим друг другу – два человека, которые были созданы специально друг для друга. Я вдыхаю соленый запах его кожи, разрешаю себе понежиться в его тепле. Он уже возбужден, хотя мы вместе всего несколько секунд. Я мгновенно увлажняюсь только от одной мысли о прошлой ночи. Он скользит рукой между моих бедер, потом под пижамные шортики и выдыхает мне в шею – быстро и резко, – когда чувствует мое возбуждение.

Я встаю, забираю одеяло и направляюсь к двери, а он следует за мной.

Прошлая ночь была незапланированной. Я была пьяна, и все можно списать на досадную ошибку. Но сейчас мы это делаем настолько осознанно, насколько вообще возможно. Его пальцы крепко сжимают мои, будто он переживает, что у меня внезапно взыграет совесть, но в этом нет необходимости.

Мне не просто хочется этого. Мне это нужно. Мне нужно получить от него все, что только можно, и я знаю, что другого шанса уже не будет. Со временем я порву с Дэнни – после того, что сделала и что собираюсь сделать снова, я должна, – но я и Люк? Этого никогда не будет. Это убьет Дэнни, да и Донну тоже. Это должно быть в последний раз.

Мы сходим с деревянного настила на песок. Он ведет меня в темный угол, где кусты живой изгороди из лавра отбрасывают тень и укрывают нас от лунного света. Он прижимает меня к себе и целует так, словно со вчерашней ночи ни о чем больше не думал.

Он снова скользит рукой мне между ног.

– Ты весь гребаный день ходила такая мокрая, не так ли? – спрашивает он и проводит губами по моей шее.

Я киваю, а он опускает меня на песок, становится на колени между моими ногами и раздвигает их. Затем проводит пальцами по груди.

– Однажды мы займемся этим в таком месте, где мне не придется беспокоиться о том, что кто-то на нас наткнется. Я затащу тебя голую к себе в постель и буду держать там несколько дней.

Я открываю рот, чтобы возразить, но его палец толкается внутрь меня, и я стону.

Он оттягивает мои шорты в сторону и сползает ниже, оставляя нежный поцелуй между ног, а потом его язык начинает двигаться.

Это отличается от обычного контакта. Это отличается вообще от всего, что я раньше чувствовала. Это скользко, горячо и мягко одновременно. Когда я стону, он обхватывает меня за ягодицы, чтобы притянуть ближе к лицу, и безжалостно дразнит языком. Мои пальцы ног напрягаются, стопы выгибаются. Все тело туго сжимается, как пружина, и, когда она разжимается, я вскрикиваю, ошеломленная до безрассудства, шокированная до полного безразличия ко всему, кроме этого ощущения.

– Я… – Я замолкаю. – У меня нет слов.

У меня такой голос, будто я под кайфом.

Он забирается на меня.

– Джулс, – говорит он, и в его голосе слышатся мольба и отчаяние, которые заставляют меня очнуться. У него плотно натянуты шорты, набухший член упирается мне в живот. – Можно мне…

Я тянусь к нему, помогаю снять шорты, и он входит в меня одним резким движением.

– Боже, – шепчет он. – Да.

Какой бы удовлетворенной я себе ни казалась, я уже чувствую, как мышцы влагалища сжимаются вокруг него. Нервные окончания снова оживают, и я тянусь, чтобы обхватить руками его задницу.

– Давай помедленнее, – умоляю я.

– Ты снова готова кончить? – В словах одновременно звучит ворчание, неверие, надежда и отчаяние.

Я задыхаюсь от его следующего резкого толчка.

– Да.

– Черт, – шипит он, но каким-то образом я чувствую, что дело не в недовольстве. Он просто пытается не кончить слишком рано.

Он прижимается губами к моей шее, а рукой скользит под футболку, гладит грудь и щиплет сосок. И все это время он продолжает двигаться внутри, и я чувствую, как второй оргазм приближается все ближе и ближе.

Когда это происходит, я впиваюсь зубами ему в плечо, чтобы заглушить крик, и после серии пронзающих толчков он присоединяется ко мне, постанывая в шею, пока его отпускает.

Я бы отдала абсолютно все на этом чертовом свете, лишь бы мы могли остаться как сейчас. Заснуть вот так, так же проснуться, и чтобы все было хорошо. На мгновение он всем телом опускается на меня. Расслабься. Да, останься так. Но потом он скатывается и прижимает меня к груди.

– Комната, – говорит он. – Мы убежим и снимем комнату. Нет, к черту. Целый дом.

Я тихо посмеиваюсь.

– Я думала об этом сегодня. Я ходила в душ к соседям, потом валялась у них в гамаке и представляла, что это все наше.

– У нас будет точно такой же дом, но только волны там будут гораздо круче. Дом на Гавайях с видом на те самые волны. Каждое утро я буду кататься на сёрфе, пока ты будешь спать, а потом буду возвращаться и готовить тебе завтрак.

Я смеюсь. Если Люк мечтает, то мечтает по-крупному. Никому из нас не по карману даже хижина с видом на океан.

– Какая-то слишком беззаботная жизнь. Может, я хотя бы буду отвечать за покупку продуктов?