- В прошлый раз это плохо кончилось, - шутит в ответ та самая Гарри, судя по всему, сестра Джона, и воцаряется тишина.
Похоже, шутка не удалась.
- Мне пора, - неловко говорит Гарри, слышны шаги, шорох одежды.
- Я провожу, - неодобрительные интонации от Сары.
Шерлок быстро отступает к двери и стучит:
- Можно? У вас открыто.
Из психотерапевтической комнаты выходит сердитая Сара и давешняя неопрятно одетая блондинка. Блондинка, Гарри, бросает на Шерлока настороженный взгляд и протискивается мимо него к выходу.
- Да, конечно, здравствуйте Шерлок, проходите, Джон вас ждет, - Сара дежурно улыбается, провожая холодным взглядом сестру Джона.
Шерлок кивает дамам и входит в комнату, оставляя их наедине.
- Ты не должна была ему напоминать, - слышится сердитый шепот Сары.
- Я случайно, - защищается сестра Джона также шепотом.
- Тебе надо меньше пить, - не унимается Сара.
Шерлок закрывает за собой дверь, отрезая их с Джоном от женской ревнивой ссоры, и дает слово разобраться, что там случилось у Джона с женитьбой.
- Шерлок, здравствуйте, садитесь, - произносит Джон ровным приветливым тоном, чуть приподнимаясь в кресле и вновь опускаясь в него.
В руках уже знакомый блокнот и ручка. Шерлок морщится, жалея, что до сих пор не взглянул Джону в глаза.
- Здравствуйте, Джон, - он опускается в кресло, разглаживая несуществующие складки на брюках. – Приступим?
- В прошлый раз мы говорили о детстве, - припоминает Джон, не отрываясь от своего блокнота.
- Да, - соглашается Шерлок, - коротком, но милом детстве. Может быть сегодня поговорим о вашем детстве? – он с интересом смотрит на замершего над блокнотом Джона, ручка в руке подрагивает, губы расползаются в едва заметную улыбку.
- Я бы предпочел не отклоняться от предмета обсуждения, - роняет тот, вновь принимаясь что-то выводить на листе бумаги. – Может быть, тогда поговорим об отношениях с людьми, раз не хотите обсуждать фобию?
- Нет никаких отношений, - резко дергает плечом Шерлок, переводя взгляд на Игоря. – Я не заинтересован. Женат на работе.
- Эм… - недоумевающе тянет Джон, - не подумайте, что я любопытствовал по поводу ваших предпочтений в…
- В сексуальном плане я предпочитаю мужчин, а вы, доктор? - быстро отвечает Шерлок и бросает на Джона острый взгляд.
- Я? – Джон принимается кашлять, Шерлок терпеливо ждет ответа. – Собственно, речь сейчас не обо мне…
- И все же… - не отступает Шерлок.
- Я… бы хотел вернуться к вам, - Джон берет себя в руки.
- Давайте так, - оживляется Шерлок, - я рассказываю вам о своем сексуальном опыте, а вы мне о своем… - Шерлок смотрит на Джона насмешливо, заранее зная, что тот откажется.
Подобное предложение кажется безопасным, хотя воспоминания эти, если позволить им вырваться на свободу, способны причинить боль. Однако Джон в очередной раз удивляет Шерлока. Он обдумывает предложение слишком долго, кусая кончик ручки и теребя край блокнота, отчего страницы издают неприятный звук, словно бабочка хлопает крыльями, пытаясь выбраться из спичечного коробка, куда посадил ее маленький Шерлок. Шерлок морщится, собираясь попросить Джона перестать издеваться над блокнотом и его нервами, но тот сам оставляет блокнот в покое.
- Я согласен, - говорит он, слегка запинаясь, - мой рассказ взамен на ваш рассказ. Только без шулерства, все по-честному. И вы начинаете первый.
Шерлок удивленно молчит, разглядывая склонившегося над блокнотом Джона. Отчего-то он уверен, что ниточка взаимной симпатии и доверия, протянувшаяся между ними, порвется, стоит Шерлоку открыть рот. Тот ушат помоев, коим является его сексуальный опыт, не предназначен для такого человека, как Джон. Это слишком для него, раз уж это слишком для самого Шерлока, но нарушать слово не в правилах Холмсов. Уговор есть уговор. Шерлок лишь жалеет о том, что сам спровоцировал эту дурацкую дуэль, да и в прошлое окунаться не хочется. Но щадить себя он не намерен, слишком давно он перестал рефлексировать по поводу собственного прошлого, чтобы стесняться того, кем был. Сейчас Шерлок давно уже другой человек, а тот, жалкий и несчастный Шерлок остался далеко позади. И пусть он тоже является частью Шерлока настоящего, но эта часть – как рудимент, как аппендицит, который однажды придется удалить, чтобы не случилось перитонита. Шерлок усмехается собственной избирательности – удалять лишнее из Чертогов, и оставить эти болезненные мерзкие воспоминания – верх расточительства. Впрочем, он признает рациональное зерно в решении сохранить память о прошлом – слишком легко он поддался, чтобы забыть об этом и вновь попасть в ту же ловушку. Иногда память – не просто горькие эмоции и чувства, но и полезный опыт, чтобы не повторять совершенных ошибок.
- Хорошо, - медленно кивает Шерлок, - рассказ о моем сексуальном опыте займет некоторое время. Приготовьтесь выслушать одну из самых мерзких и грязных историй юношества.
- Вы пугаете меня, Шерлок, - произносит Джон дрогнувшим голосом.
- То ли еще будет, - с горечью усмехается тот, - итак, первый сексуальный опыт случился в закрытой школе для мальчиков, куда определил меня брат после смерти матушки…
