Рассмотрим тот минимальный набор приёмов мышления, который надо попытаться привить подростку для начала автономных процессов созревания неокортекса и личного сознания. Это незатейливое занятие даже не требует постоянной суеты вокруг растущей генокопии "семи нянек". Дело в том, что детский мозг очень быстро физически растёт, связи между нейронами непрерывно формируются и достраиваются, а их значение изменяется. Следовательно, надолго закрепить конкретный социальный инстинкт можно только регулярным повторением или чрезвычайно яркими событиями в момент запечатления. Мозг подростка пустоват, примитивен и управляется не рассудком, а почти созревшей лимбической системой. В нём плохо что-либо закрепляется из-за высокой динамики морфогенеза связей нейронов. По этой простой причине рассчитывать на интенсивное заполнение ценной и очень определённой информацией не приходится. Можно надеяться на эффективное запечатление очевидно полезных приёмов образцовых "рассуждений" родителей, которые приносят конкретную пользу подростку.
Иначе говоря, эпизодическое научение приёмам пользования собственной головой эффективно, если с их помощью ребёнок сможет извлекать пользу из окружающих. В этом случае подключается уже давно созревшая и активная лимбическая система, которая всегда поощряет получение любых биологических преимуществ. Так умозрительные рассуждения или логические цепочки поступков родителей могут отливаться в индивидуальные приёмы мышления и логику планирования действий. К сожалению, есть ещё одна проблема с научением растущего мозга хитростям гоминидного бытия. Это неравномерность и импульсность массового формирования связей между нейронами при созревании коры большого мозга. Если морфогенез отростков находится на пике активности, то в этот пери од подросток может запечатлеть любую нелепость, глупость или умность. Для мозга содержание запечатления абсолютно безразлично, но избавиться от этого социального инстинкта будет очень сложно или вообще невозможно. Предупредить столь неприятные моменты в дифференцировке нейронов нельзя, как и предсказать время их появления.
Проблемы накопления базовых приёмов мышления затрудняются или обесцениваются ещё одним непреодолимым фактором - подростковой средой. Дело в том, что созревание мозга у детей идёт с разной скоростью. В школьном классе из 30 человек обычно встречается три-четыре варианта последовательностей дифференцировки связей неокортекса и две-три версии лимбической системы. Следовательно, взаимопонимание между школьниками возможно в группах не более чем по три - четыре человека. Это в идеальном случае, а чаще всего конструктивное становление мозга совпадает у пары подростков. Различия в динамике развития мозга девочек и мальчиков делает реальные товарищеские отношения между ними маловероятными. Такие взаимодействия обычно вынужденные, краткие и быстро превращаются в ожидаемую публичную имитацию.
Не вызывает никаких сомнений, что в смешанных школах, где учатся мальчики и девочки, социализация подростков происходит ускоренными темпами. Разнообразие типов созревания мозга столь велико, что отчасти имитирует взрослую жизнь и заставляет детей заниматься анализом поведения своих сверстников и прогнозировать будущие события. Однако этот обезьяний социогенез никакого отношения к развитию способностей небиологического мышления не имеет. Наоборот, огромные усилия мозга затрачиваются на обучение биологическому выживанию среди конкурентных и разнополых особей. Общественная польза от такой социальной среды выращивания подростка вполне очевидна. Не менее очевиден и заметный вред, который приносят усреднение ценностей сознания и отодвигающееся на второй план вызревание самостоятельного мышления.