Лик полуночи полностью

Крона бросилась за ним. Человек бежал со всех ног, лавируя между пешеходами.

– Остановите! – крикнула она. – Остановите его.

Но все было бесполезно. Сейчас она не была для них Регулятором и потому не имела никакой власти. Через капсулу реверберации она попросила Де-Лию бежать к лошадям, сообщив, что она преследует преступника.

– Какого? – спросила Де-Лия.

– Который в маске Шарбона.

Резко повернув, человек вылетел на улицу.

Не думая, Крона последовала за ним. Он проскользнул мимо решетчатых деревянных колес тележки для кур, но Кроне не повезло.

От неожиданности лошадь дернула повозку и недовольно заржала, на мгновенье перекрыв обычный гул города. Крона упала на бок. Лошадь встала на дыбы, повозку затрясло. Перепуганные птицы хлопали крыльями и громко кудахтали в клетках. В воздух взлетело облако белых и дымчато-коричневых перьев.

Крона инстинктивно вскинула руки и попыталась откатиться по булыжнику в сторону, чтобы не попасть под занесенные над ее головой копыта. Тускло блеснули под солнцем подковы на копытах, и все вокруг двигалось в замедленном темпе. Поле зрения сузилось до одного копыта, которое надвигалось на нее, быстро увеличиваясь в размерах.

Неужели это конец? Неужели она попадет в пески не из-за пули, клинка или варга, а из-за проклятой перепуганной лошади?

Натужно крича, она уцепилась пальцами за края дальнего булыжника и немного сдвинула себя в сторону. Стеклянная раковина слетела с уха. Копыта опустились в сантиметре от ее тела и теперь конь стоял над ней, возвышаясь, тяжело дыша и выпуская воздух через влажные ноздри. Раковина под копытами разлетелась в пыль.

Встав на четвереньки, царапая о камни ладони, она отползла с улицы.

Некоторые пешеходы останавливались, чтобы поглазеть на место происшествия. Хозяин телеги выругался и спешился, сначала проверил кур и коня и лишь потом уделил немного внимания женщине, которую едва не зашиб. Но она уже устремилась дальше, скользя глазами по толпе в поисках маски Шарбона.

Какой-то человек протянул ей руку, но она отмахнулась от него.

Как глупо, ругала она себя, поправляя юбки. Она потеряла Шарбона, свой наушник и, закашлявшись, поняла, что проглотила капсулу реверберации. Она обогнула тележку в поисках человека в накидке, но не слышала ни щелканья ткани, ни криков возмущенных прохожих. Все внимание было приковано к ней, а не к тому, что заставило ее выскочить на улицу.

Она смотрела и смотрела, уверенная, что ей удастся обнаружить хоть какую-нибудь подсказку на то, куда он ушел. Напряжение ушло.

Вон там – прямо там – в окне пятиэтажного дома мелькнули рога и слишком широкие брови. Она не позволит ему убежать.

Я могу положить этому конец. Прямо сейчас.

Окно, в котором мелькнула маска, находилось в квартире над рядом лавок. Она быстро нашла боковой вход в переулок. Дверь открывалась прямо на лестничный пролет с шаткой железной лестницей, уходящей вверх неровными поворотами, перила которой изгибались волнами – смотреть на них, возможно, было приятно, но пользы от них никакой. Перед началом подъема Крона извлекла нож из ботинка.

Здание было старым, и в нем шли ремонтные работы. Но вокруг было пусто – никто не работал. Когда она ступила на площадку пятого этажа – конечную точку лестницы, – доски пугающе прогнулись под ногами, и она отскочила назад. Из-под ног взметнулись облачка опилок и крупинки гипса. Большая часть пола, должно быть, совсем сгнила, и поверх зияющих провалов были уложены деревянные настилы и ряды тонких досок, чтобы рабочие могли попасть в различные помещения. Заглянув в ближайший проем, она поняла, что такая же картина наблюдается на четвертом и третьем этажах. Она должна следить за тем, куда наступает – иначе падение будет жестким.

– Вы все еще следуете за мной, регулятор? – позвал голос из ниоткуда.

Она была уверена, что он принадлежал человеку в маске, но теперь звучал иначе. Не умоляюще, а ехидно. Возможно, эхо полностью подмяло под себя личность.

И либо оно, либо человек знали ее – видели ее без шлема раньше.

– Я думала, вам нужна помощь, – ответила она, больше не делая попыток сойти с лестницы.

По привычке она провела руками по клинку, обхватила рукоять, выбирая наиболее удобный захват. Она умела работать с кинжалом обеими руками, но раненой рукой работала немного лучше – конечно, когда не была ранена. Следы когтей на руке пульсировали.

– Конечно, нужна, – лукаво произнес он. – Мне нужна ваша помощь. Помогите мне, пожалуйста.

Она не была дурой.

– Покажитесь, снимите маску и пойдемте со мной. Я помогу вам.

Неужели это действительно молодой Айендар, прикрытый чужой личиной, борющийся с эхом? Неужели он действительно отвлекал ее на юбилее? Даже если это Фибран, она не припомнит, чтобы еще раз разговаривала с ним.

Совершенно ясно, что человек надел маску, не смог контролировать свою игрушку и хотел найти выход.

– Я не могу. Он владеет мною. Я не могу пошевелиться.