Она сделала шаг к Феликсу. Щеки горели, будто нагретые солнцем, а сердце бешено колотилось.
– Я люблю тебя, Феликс.
На бледном лице Феликса взошла слабая улыбка.
– Я знаю, Янни. И я люблю тебя. Ты ведь не со зла хотела превратить меня в волка – в эту мерзкую прожорливую тварь?
Яннике показалось, что она ослышалась. Алва и Йели притаились через дорогу в темноте, и ей как никогда сильно захотелось увидеть их лица. Наверняка они сейчас тоже недоумевают. Янника с болью во взгляде посмотрела на Феликса. Тот опять изучал картинку. Его губы кривились в пренебрежительной усмешке.
– Я не хотела…
– Что? Говори, пожалуйста, громче.
– Я не хотела… чтобы ты превращался…
– В кого, Янни? В кого я не должен был превращаться?
Она не знала, как ответить.
Феликс загнал ее в тупик.
Не только ее саму, но и ее чувства. Этот мальчик не походил на Феликса, которого она знала, и всё же это был он. Именно его избрало ее сердце, а теперь оно обливалось кровью. Даже ответное признание в любви выглядело как благодарность, когда тебе за столом передают солонку.
– Давай почитаем вместе, Янни. – Феликс встал и жестом предложил занять его место на качелях. Он опять улыбался. – Садись. Бери книжку.
Янника присела. Сиденье качелей было холодным, будто Феликс и не сидел на нем.
Разворот книжки опять демонстрировал ту неприятную сцену. Правда, на этот раз изображение изменилось. Янника видела, что Красная Шапочка больше не выглядывает из брюха волка. Вместо этого героиня сказки держала в руках нечто острое, хитро поглядывая на волка, которого окружили дровосеки.
– Только десять секунд на всё про всё, Янни. Но я постараюсь уложиться.
Донесся окрик Йели. Он был встревожен. Серьезно обеспокоен происходящим.
Янника и сама понимала, что здесь что-то нечисто.
В семье Миккельсен она занимала промежуточное звено. Алва походила на мать – со всеми своими причудами и загадочностью. Йели был настоящим молодым волком, который пытался походить на человека, потому что Вигго когда-то им был. Только Янника так и не нашла своего места. Но вдруг это место обрисовалось довольно четко.
Янника умела любить, как любила Сиф.
Янника озорничала, совсем как Йели.
А еще, как выяснилось, Янника могла предвидеть не хуже сестры.
Потому что поняла, что Янника, объединяющая их всех в себе, умрет в самое ближайшее время.
Она не слышала за спиной шагов Нюгора и остальных. Они двигались неестественно тихо, как никогда не сможет двигаться человек. Она не учуяла их запахов, потому что Нюгор с компашкой пахли стоячей водой, туманом и листьями октября. Но она поняла, что за спиной кто-то есть. Просто осознала этот факт, как человек вдруг осознает, что вот-вот станет жертвой наезда.
В нее вцепились руки. Одна из них была забинтована.
Янника подняла неверящий взгляд на Феликса:
– Что ты делаешь, Феликс?
– Не рыпайся, – сказал над ухом Нюгор.
Янника опустила глаза и всё поняла.
Феликс держал осколок зеркала.
Осколок смотрел Яннике прямо в живот.
– Феликс, пожалуйста, не надо!
В глазах Феликса прояснилось. Казалось, он раскается в происходящем и отшвырнет опасную штуковину подальше. Но этого не случилось. Лицо Феликса стало капризным и пустым, как у только что проснувшегося ребенка. Как у той девочки в красной накидке.
Он ударил ее осколком в живот. А перед этим положил руку ей на плечо, словно хотел подбодрить. Янника с ужасом ощутила, как футболка с Айс Кьюбом и ее кожа лопнули, пропуская внутрь чужеродный острый предмет. Она закричала и забилась, даже не думая о том, что лучше бы превратиться в волка.
Феликс выдернул руку и ударил еще раз. Потом нахмурился и принялся работать рукой так быстро, как только мог. Живот Янники словно наполнился крошечными бритвами, и они невероятно быстро плодились. Под конец Феликс дернул руку вбок и сломал осколок в животе Янники.
– Феликс, что ты делаешь?! – прорыдала Янника, трясясь от боли и горя.
– Преподаю тебе урок рисования, Янни.
Руки, заменявшие кресло палача, пропали. Скрылся и сам Феликс.
Янника обессиленно рухнула с качелей. Сиденье ударило ее в плечо, но она не заметила этого. Распластавшись на земле Веселого Лужка, Янника отрешенно подумала, что это место уже никогда не будет по-настоящему веселым.
Рядом зашуршали листья. К Яннике склонилось лицо.
Сиф.
Нет, не Сиф. Алва. Ведь они так похожи.
– Янни! Янника! – Насмерть перепуганная Алва заглядывала ей в глаза, но Янника не могла сфокусировать взгляд. – Мы спасем тебя! Всё будет хорошо! Не дай им застать себя врасплох!
Янника с усилием вырвалась из подступавшего забытья. Кто не должен дать застать себя врасплох? Уж точно не она. Вдруг поняла, что последняя фраза предназначалась Йели.
– Просто не тупи! – добавила Алва.
– Этого никогда не случится, сестренка.
Янника улыбнулась. Так, пожалуй, Йели поймет быстрее.
– Они не пахли, – прошептала она. – Совсем не пахли и не шумели.
А потом Янника отключилась.
9.
