Они всё видели. Янника разговаривала с Феликсом, но разговор выходил больно уж странный. Паренек был не в себе. Всё бормотал про книжку. Йели даже стало жалко Яннику. Не могла же она в самом деле выбрать такую зацикленную размазню? Потом из кустов выскользнули Нюгор и остальные.
Янника к этому моменту уже сидела на качелях, таращась в книжку.
– Она их не слышит! – Алва в испуге закрыла рот ладошкой.
– Обернись, Янни! Обернись! – проорал Йели.
Он кричал уже на бегу.
Йели окинул взглядом проезжую часть. Не хватало только угодить под колеса. Когда он опять посмотрел в сторону Веселого Лужка, то обнаружил, что Яннику держат, а ее любимый упырек Феликс вынул какой-то осколок.
А потом с осколка пропали все отражения.
Он погрузился в живот Янники, а выглянул наружу, уже полностью покрытый кровью.
Йели истошно заорал и рванул вперед. На бегу едва не обратился в волка, нисколько не заботясь о том, что это разорвет одежду, а его самого кто-нибудь увидит. Волк был хорош всем – кроме отсутствия пальцев и человеческого речевого аппарата.
Так что Йели повременил с превращением.
Когда они подбежали, отморозков и след простыл.
Алва подняла голову Яннике в ковшике из ладоней, неся сущую околесицу из слов, которым полагалось стать обезболивающим и успокоительным разом.
Вне себя от страха и злости, Йели торопливо избавился от одежды. Парка, футболка, штаны, кроссовки – всё полетело к чертям. Йели принюхался, и его пробрал озноб. Городской парк пах иначе – как всамделишный лес, изрезанный ручьями и битком набитый камнями и хвоей.
Алва попросила Йели не тупить, но он не мог этого гарантировать.
От плавок он избавился в чаще. Ночь, судя по ощущениям, еще не наступила. Однако превращение в волка прошло на удивление легко, словно были смазаны все внутренние механизмы. Плечи сузились в спазме – и тут же раздались. А сам Йели припал на руки, что уже не были таковыми. Когти глубоко вошли в землю и выдрали клочья травы.
Теперь по теням крался огромный злобный волк с голубыми глазами. Серо-бурая шерсть вздыбилась на загривке, говоря о приступе безудержной ярости. Вдоль спины темнела полоса. По мере взросления она должна охватить всё тело, сотворив еще одного черного волка.
Запахи стали ярче, фактурнее. В парке (
А вот Йели из настоящего сперва отгрызет обидчикам яйца.
Он замер, набирая побольше воздуха в легкие, а потом задрал морду.
Над парком (
Так мог бы предупреждать о начале охоты хищник, жаждущий узреть багровые водопады, бьющие из разорванных тел.
«Вот и пусть Альта трясется от ужаса, раз в ней живут такие отморозки!»
Тени расступились и поглотили его, когда он рванул вперед.
Под лапами разбегались тропинки. Изредка попадались бетонированные дорожки. С каждой секундой их становилось всё меньше. Йели почти не замечал этого. Он двигался к первому источнику запаха – пота, давно нестираной одежды и избытков жира на лице. Йели сразу решил, что оставит Феликса напоследок. Перед ним на плаху взойдет Нюгор, а чуть раньше – Хокон или Спагетти Элиас. Тут уж кому как повезет.
Первым Йели отыскал Спагетти Элиаса.
Тот околачивался у фонарного столба, затравленно озираясь. Он напоминал заблудившегося мальчика, который знать не знал, как визгливо смеяться или показывать неприличные жесты. По фонарю струились побеги дикой лозы. Они тихо шипели, душа сталь.
Йели вдруг понял, что Спагетти Элиас чертовски напуган. Можно сказать, до смерти.
– Мамочка, мамочка, где это я? Где остальные? – Спагетти Элиас вертел головой. Не найдя ничего полезного, он вцепился в фонарный столб. Дрожащими руками принялся распутывать побеги лозы. – Не надо! Не надо, пожалуйста! Прекрати! Это единственная вещь, которую я понимаю! Перестань!
Добыча заслуживала того, чтобы с ней поиграли. Но Спагетти Элиас представлял собой обыкновенное тупое животное. Вдобавок это животное не ведало, куда мчаться в случае опасности. Так что Йели не стал упиваться охотой. Он выскочил из тени деревьев, будто кошмарное наваждение.
Спагетти Элиас обернулся и обмочился, потом сполз по столбу и нырнул в куртку за смартфоном. Вспотевшие пальцы заскользили по экрану, нажимая всё подряд.
– Мне нужна помощь! – проорал Спагетти Элиас. – Помогите мне!
Смартфон выпал из его рук. На экране высветился значок местного радио. В динамиках заговорила Диана, вещая о чем-то пострашнее прогноза погоды.
– Волки, – сулила она зловещим голосом. – Сегодняшней ночью Альту накроют волки.
Спагетти Элиас завизжал и вскинул руки, обхватывая за головой опору, по которой явно планировал подняться, как обезьяна по канату. Его живот открылся.
Йели не стал отказывать себе в удовольствии.
Волк ринулся вперед и куснул. Его челюсти разжались и сжались еще раз и еще – но уже
Фонарь закачался и мигнул.
10.
