— Спасибо, наставник, — произнёс Михаил, поднимаясь. — Я должен подумать.
Юнь Шу кивнул:
— Помни, что твоя борьба со скверной — не противостояние, а принятие и перенаправление. Как учит Школа Текущей Воды: не сопротивляйся течению — стань течением.
Вернувшись в свою келью, Михаил не лёг спать. Вместо этого он сел в позу для медитации и погрузился в созерцание своего внутреннего состояния. Теперь он смотрел на скверну иначе — не как на врага, а как на энергию, требующую направления.
Он извлёк компас из кармана и положил его перед собой. Стрелка беспокойно дрожала, улавливая проблески энергии скверны. На секунду он вновь увидел мастерскую в Старом Городе — светильник на столе, заваленном деталями, Анна в дверях с подносом чая, запах машинного масла и тиканье десятков часов, каждый со своим уникальным голосом. Что бы она сказала сейчас? Наверное, то же, что говорила всегда: “Механизм не может быть враждебным или дружелюбным. Он просто следует своим принципам”.
Впервые за долгое время он позволил себе полностью ощутить присутствие скверны. Вместо того чтобы отгородиться от неё, он начал изучать её паттерны, ритмы, движение. Как опытный часовщик, настраивающий сложный механизм, он искал не сопротивление, а гармонию частей.
И тогда он увидел это — скверна двигалась не хаотично, а по определённой схеме, напоминающей шестерни в часах. Каждый импульс, каждое движение подчинялось странной, но узнаваемой логике. Это не было случайным разрушением — это была система, настроенная на преобразование.
Голос скверны звучал яснее, структурированнее, словно их взаимное изучение создавало более эффективный канал коммуникации.
Михаил углубился в медитацию, прослеживая потоки энергии внутри себя и вокруг. Он увидел, как его собственная жизненная сила — серебристый поток — встречается с тёмным потоком скверны, создавая завихрения и помехи. Но что если…
Вместо сопротивления он попробовал направить свою энергию параллельно потоку скверны, как два русла одной реки. Боль мгновенно ослабла. Чёрные прожилки на руке не исчезли, но их пульсация стала ровнее, словно они больше не пытались прорваться через барьер.
Внезапное осознание пронзило его: скверна не была хаосом. Это была другая форма порядка, другая система, стремящаяся к своей версии гармонии. Разрушительной для этого мира, но имеющей свою внутреннюю логику.
А если так… если он мог понимать её принципы… может быть, он мог и перенаправить её?
К рассвету у него появился план. Не идеальный, рискованный, но это был единственный путь, который он видел.
Когда первые лучи солнца осветили монастырь, Михаил направился к павильону, где уже ждали Цзи и Хуа Лянь. По их лицам он понял, что ночь для них тоже была беспокойной.
— Учитель, — Цзи шагнул вперёд, его глаза расширились при виде руки Михаила, где чёрные прожилки уже достигли шеи. Но что-то изменилось — они больше не выглядели как признаки болезни или порчи, а скорее как узор, техническая схема, нанесённая на кожу тонкими линиями. — Вы…
— Я принял решение, — перебил его Михаил. — Мне нужно отправиться к истоку скверны.
Наступила тишина, нарушаемая лишь журчанием воды в ближайшем фонтане.
— К истоку? — переспросил Цзи. — Вы имеете в виду…
— Храм в Саньхэ, — подтвердил Михаил. — Место, где истончается граница между мирами. Там я смогу понять природу скверны и, возможно, найти способ контролировать её энергию.
Он не стал говорить о другой причине: инстинктивном ощущении, что скверна в его теле вела его куда-то, словно компас, указывающий на источник.
Цзи побледнел:
— Но это самоубийство! Концентрация скверны там…
— Именно поэтому я должен идти один, — твёрдо сказал Михаил.
— Нет, — Цзи решительно выпрямился. — Я иду с вами. Моя невосприимчивость может помочь.
Михаил смотрел на юношу, которого спас из ритуального жертвоприношения шесть лет назад. Мальчик, боявшийся собственной тени, стал уверенным молодым человеком с уникальным даром — его присутствие ослабляло воздействие скверны, стабилизировало реальность там, где она начинала искажаться.
Он хотел возразить, но понял, что это бесполезно. За годы обучения Цзи перенял не только техники, но и упрямство своего наставника.
Хуа Лянь, молчавшая до этого момента, шагнула вперёд:
— Я останусь здесь, — произнесла она. — Энергетический узел Драконьей Чешуи нуждается в защите, а техники Теневого Шёпота могут быть полезны наставнику Юнь Шу.
Она коснулась метки на внутренней стороне запястья — знака принадлежности к древнему ордену борцов со скверной.
— После того, что вы сделали для меня, спасая от культистов, я должна доказать свою преданность нашему делу. Школа Теневого Шёпота веками хранила знания о скверне, передавая их из поколения в поколение. Здесь я могу применить их с наибольшей пользой, защищая один из ключевых узлов.
Михаил кивнул с благодарностью:
— Спасибо. Если мы потерпим неудачу…
— Вы не потерпите неудачу, — прервала его девушка. — Но вам понадобится это.
