Управляющий удивился, но покачал головой.
— Да, что тогда демон Вас побери, случилось?! Почему моя камеристка в истерике?
— Так ведь Вы ж не завтракали… — тихо ответил мне Бран и все встало на свои места.
Я с шумом выпустила воздух, переведя взгляд на стоящего рядом мужа.
Дождавшись, когда всхлипывающая Мира немного успокоится, заговорила, тщательно подбирая слова.
— Мира — ты работаешь моей личной камеристкой, в обязанности которой, среди прочего, входит следить за состоянием здоровья своей хозяйки, — девушка кивнула и я продолжила.
— Слова моего мужа относились именно к этому. Он напомнил тебе, что ты должна следить за хозяйкой, заботясь о необходимых вещах. Но это не означает, что тебя кто-то в чем-то обвиняет. Все, что ты можешь — напомнить мне о том, что необходимо принять лекарство, поесть или отдохнуть. Делать ли это — решение принимаю я. И лорду Горскому это известно. Поэтому в том, что я вследствие пережитого на некоторое время потеряла аппетит и получила истощение, тебя никто не винит и разумеется увольнять мы тебя не планируем.
— Ты должно быть заметила, что мой муж крайне редко вмешивается в вопросы, касающиеся слуг. Он делает это только тогда, когда ситуация выходит из под контроля и по каким-то причинам я не в состоянии справиться с ней. В подобных обстоятельствах и было сказано о том, что тебе необходимо тщательнее следить за моим питанием, пока я не восстановлюсь после истощения. Но поскольку морить себя намеренно голодом я не собираюсь и никогда не собиралась к слову, как впрочем и вредить себе, от тебя требуется лишь вовремя напоминать мне, если я чем-то занята.
Мимолетная улыбка Рика дала понять, что с непростой задачей я справилась. Ведь мне необходимо было не только успокоить Миру, но и не пошатнуть при этом авторитет мужа в глазах прислуги, которая затаив дыхание слушала меня. В их взглядах еще совсем недавно читался страх перед самодурством и произволом хозяев, сейчас же я дала им понять, что при должном исполнении своих обязанностей, им не грозит беспочвенное увольнение.
— Бран, проводи Миру наверх, ей нужно привести себя в порядок.
Мужчина кивнул, также подарив мне улыбку, и увел мою камеристку.
— Рик, пусть девочки завтрак накрывают. Мы голодные, — смущенно улыбнулась я, из-под ресниц глянув на мужа.
В столовой супруг удержал меня за руку, когда я уже хотела сесть за стол.
— Я не устану это повторять — ты самая красивая, умная и добрая девушка, которую я когда-либо встречал и если мне повезло с чем-то в жизни, так это с женой.
Я довольно улыбнулась, наслаждаясь его восхищением.
— Жаль, не могу сказать того же о тебе… — опустил голову муж.
Я нахмурилась.
— Ровейн, ты хоть понимаешь, что я замужем за талантливейшим артефактором, любящим и нежным мужчиной, ради которого я готова даже на самые опасные безумства?
— Вот это и страшно, — по-доброму усмехнулся муж.
— Мне было невыносимо скрывать от тебя произошедшее. В какой-то момент я понадеялась, что защита твоего кабинета меня не пропустит и я не смогу взять артефакт…
— Родная, ты можешь забрать их все, только не рискуй так больше. Одному мне уже ничего не будет не нужно.
Я покачала головой, наблюдая за тем как Ровейн целует мои запястья.
— Прости меня, я просто слишком сильно за тебя боюсь…
— Из нас двоих, родная, хрупкая девушка — ты.
Рассмеявшись, обняла супруга, пока Марвения с девочками молчаливыми тенями накрывали стол.
— Милорд, миледи, к Вам лорд и леди Горские.
— Спасибо, Рик, проводи в гостиную и пусть подадут чай.
— Ровейн, ты не сердись на дядю. Он как лучше хотел…
— Да уж, я понял. Вот только, они все забывают, что у нас разные понятия о том как лучше для меня.
Я лишь покачала головой, прижимаясь к горячему боку мужа, обнявшему меня за талию.
Мы вообще сегодня не могли оторваться друг от друга, постоянно обнимаясь и целуясь. Сказывалась размолвка и вынужденная разлука.
— Шарлин, Ровейн, — нам на встречу поднялась леди Горская.
— Мы так за Вас волновались.
Я кивнула, присаживаясь рядом с мужем на диванчик.
— Гхм, Ровейн, я не привык оправдываться, скажу, лишь что поступил так как считал нужным, но руководствовался исключительно соображениями твоей выгоды.
— Не сомневаюсь, лорд Горский. Вот только у нас с Вами разные понятия, что лучше для меня. Впредь, я Вас настоятельно прошу не вмешиваться в дела моей семьи.
Лорд Горский поморщился, а я нервно прикусила губу.
— Ровейн, ты не справедлив к лорду Горскому. Он всего лишь помог, это ведь ко мне пришли с той запиской и я обратилась к нему за помощью, — тихо начала я, не смотря на мужа.
Было неправильно, что муж винит кого-то другого.
— Родная, посмотри на меня.
Я медленно подняла взгляд.
— Лорд Горский — опытный, далеко не юный, политик, прошедший неплохую школу жизни. Его сложно провести, обмануть или сбить с намеченного курса. Ты же у меня, молодая наивная девочка, которую легко убедить в требуемом и представить так как будто это ты сама пришла к такому выводу.
— Ровейн! — ахнула леди Горская.
Ее муж лишь усмехнулся.
