— Интересно, как быстро приносят блюда владельцу ресторана? — Люба задумчиво проводит взглядом Михаила, нашего старшего официанта.
— Поверь, так же, как и другим гостям. Никаких привилегий.
Я благодарен Любе, что она не зацикливается на Эле, не устраивает сцену ревности. Забавно, а ведь раньше я кайф ловил от ревности Элины. Но сейчас мне нужно другое отношение. Мне нужно доверие.
Однако я не ошибся, предположив, что выступление Бойченко еще не закончилось.
Свой выход она приберегла на десерт, когда уже все, даже отец, расслабились и перестали обращать внимание на малоприятное соседство.
— Добрый вечер! — Я не сразу заметил, как Эля подошла к нам. — Мадина Хасановна, Тимур Даудович.
— Здравствуй, Элина, — отвечает мама, отец ограничивается коротким кивком. — Ты вернулась?
— Ой, да! Давно было пора. Я так соскучилась.
Она замолкает, но реакции не следует, как и предложения присоединиться. Хотя я ловлю вопросительный взгляд Миши, который обслуживает наш стол: один лишь кивок отца — и у Эльки появится собственный стул за нашим столом.
— Я всего лишь на секунду. — Быстро соображает она. — Хотела сказать, что сейчас буду организовывать своего рода стажировки для наших поваров в лучших итальянских ресторанах. Конечно, у «Али» восхитительная кухня и выше всех похвал…
Замолкает на полуслове и кладет перед отцом свою визитку.
— И все же, если вас заинтересует… я всегда буду рада помочь близким мне людям. Так здорово вернуться.
Она с удовлетворением ловит удивленные взгляды родителей, мы с Любой ее внимания не получаем.
— Забавная встреча, — ухмыляется отец, когда Бойченко возвращается за свой стол. — Я ждал как минимум битых тарелок. Куда подевался прежний задор?
— Не думаю, что он куда-то исчез, Тимур. Как я поняла, Элина вернулась из Италии насовсем, боюсь, битьем тарелок дело не обойдется.
Элина Бойченко. Мой школьный кошмар собственной персоной. Я ни разу не пересекалась с ней после школы, но прошедшие годы явно пошли ей на пользу. В «Али» я увидела очень красивую девушку, знающую себе цену. И не скажешь, что у нас с ней разница в два года — скорее, лет пять. Она, конечно, в своей стихии — собрала вокруг себя свиту. И даром, что эта свита, например Зарецкая, ее терпеть не может. Главное, что рядом и угодливо улыбаются.
Меня как ледяной водой окатили, когда я увидела их вместе в коридоре. Первая реакция — не подходить: мне почему-то показалось, что Марат этого не хочет и что он сам с ней обо всем поговорит. Да, но разве я должна теперь прятаться в туалете? Зажмурилась на секунду, представила, что нет там никакой Элины, и пошла.
Мимолетная встреча взглядов, и все сразу становится ясно: она приехала сюда за ним, за Маратом. И она, без сомнения, в курсе наших с ним отношений. И мне предстоит война с Бойченко.
А потом она подошла к нашему столу. И все изменилось.
— Люб? Ты меня слушаешь?! — окликает меня Инна, за что сразу получает в спину возмущенное шиканье от консультанта университетского книжного магазина. Ну да, здесь на всех стенах можно увидеть призыв соблюдать тишину.
— Что? — Выглядываю из-за стеллажа и вижу Журавлеву со стопкой монографий в руках.
— Если хочешь здесь нормально учиться, то труды Зверева и Миссовской надо узнать в первую очередь. И да, их надо покупать.
Невольно усмехаюсь — от вуза к вузу одна и та же картина. У нас такая же «фишка» была: пока не вызубришь парочку последних монографий, а на самом деле компиляции более ранних работ — экзамен не сдашь.
— Хочу, конечно. Давай сюда. Уверена, что именно эти?
— Конечно! И поверь мне, это только начало.
Сегодня отпросилась на работе на целых два с половиной часа — и с Инной встретиться, и с Маратом пообедать. Поглядываю на часы: если я хочу приехать к бизнес-центру вовремя, то минут через десять максимум мне надо уже быть на остановке.
— Давай, берем и на кассу! — Решительно забираю у рыжей весь ее улов и становлюсь в небольшую очередь. — Какие планы на день?
— Ну… — По лицу вижу, что юлить начнет.
— Ин, ты врешь еще хуже, чем я. Хотя я всегда думала, что такое невозможно. Кто? Стас?
— Да не дай бог! — фыркнула Инна и вспыхнула.
— Не хочешь мне рассказать, чем у тебя с Дудкином закончилось в туалете?
После этой фразы две женщины, по виду явно преподаватели, как по команде повернулись к нам. Инка… я думала, подожжет меня сейчас, и будем мы гореть с ней на пару.
— Ничем. Все нормально. Мы поговорили. Все.
И думай теперь, о чем они там говорили. Но, похоже, до чего-то договорились, раз Дудкин уже ждет ее у книжного. На своей машине. Я лишь успела ему кивнуть и махнуть рукой Инне.
Что же у них там происходит? Всегда считала себя не самым большим любителем совать нос в чужую жизнь, но что-то внутри меня просто требует быть в курсе событий. Надеюсь, это не интуиция, а простое любопытство.
«Гольдштейн» располагается в высотном бизнес-центре, а встречаемся мы в соседнем здании — здесь везде натыканы точки общепита для офисных сотрудников. Удобно, конечно, но и цены на тот же бизнес-ланч раза в два-три выше, чем, например, в столовой «Жар-птицы». Ну да ладно.
