– Говорят, если ваше счастье всё никак не приходит, значит, оно очень большое и идет маленькими шагами. Встретив тебя, я поняла, что это правда. После знакомства с тобой стало понятно, почему не получалось с другими, ведь вторая половинка действительно существует. Я редко говорю тебе об этом, но и ты стал воплощением всего, о чем я мечтала в мужчине. Ты нежный, добрый и умный. Я знаю, что могу доверить тебе самые сокровенные мысли и обсудить с тобой всё. Мы не видимся каждый день или даже каждую неделю, но я думаю о тебе каждую минуту, даже если мы не разговариваем. Я ношу тебя под кожей, и не могу представить свою жизнь, если в ней нет тебя. Ты лучшее, что случалось со мной, и я очень хочу быть с тобой. Я люблю тебя!
Выдержав паузу в несколько секунд, осмысливая и переваривая услышанное, он сгреб меня в охапку.
– Мы будем очень счастливы, любимая. Обещаю!
Но первые тучи на голубом небе нашего счастья появились спустя несколько часов.
Вечером, когда все разошлись по своим комнатам, Матвей недвусмысленно намекнул о своих желаниях, настойчиво пробираясь руками под мою пижаму. Страсть накрыла молниеносно, хотя расслабиться было сложно – всё-таки его родители были не далеко. Но это оказалось наименьшей из проблем. Каждое его движение отдавалось болью во всем теле. Казалось, он дотрагивался до свежей раны, сдирая с меня внутренности.
– Матвей, мне больно, – тихо сказала я, но он точно услышал. И продолжал двигаться. – Мне больно, хватит!
– Ты серьезно сейчас? – находясь в дурмане гормонов, он как будто не понимал моих слов.
– Да, остановись!
В комнате повисло молчание. Я сжалась в клубочек, прислушиваясь к ощущениям в теле. Сходила в душ, но боль не исчезла.
– Что, так будет всю неделю?
– Я не знаю. Но мне больно, какие у тебя предложения?
– У меня ни с кем раньше такого не было…
– Знаешь, у меня тоже ни с кем такого раньше не было! Подумай об этом на досуге.
Я отвернулась от него, злая больше, чем обиженная: «Все мужики одинаковые, думают только тем, что у них в штанах!» Я не знала, что со мной происходит. Злилась на свое тело за то, что не принимало любимого. Обижалась на Матвея, который тоном дал понять, что проблема во мне. Пусть так и было, но я же не специально! Мне больно, а он ещё обвинял меня в этом! Злилась на себя: впервые в жизни уехала за границу без медицинской страховки, а она бы очень пригодилась – визит к врачу будет стоить несколько сотен, а то и тысячу долларов. Я могла воспользоваться кредиткой, на которую папа в любой момент добавит денег, но не хотела посвящать в это родителей. Я на другом конце планеты, у меня проблемы, и они ничем не могут помочь – начнут сходить с ума и давать нереализуемые советы. Матвей заверил, что идти к местному врачу бессмысленно: на первом приеме выпишут обезболивающее, но никаких анализов и обследований делать не станут. Первое средство лечения всего и вся – ибупрофен, который мы и так могли купить в аптеке. Возможно, страховка оказалась бы более бесполезной, чем мне хотелось думать.
Сон не шел. Боль отступала, но продолжала зудеть тупым сверлом. Неприятно, но терпеть можно. Непонятно, что делать, как лечить или хотя бы контролировать симптомы. Страшно, что так действительно будет всю неделю. Вынужденный целибат не входил в наши планы.
Засыпать в ссоре не хотелось. Не для того я пролетела полмира и ждала два месяца, чтобы тратить драгоценное время на обиды и недосказанности. Решила сразу разобраться в ситуации, тем более, эмоции утихли. Мы же всё обсуждали, и я не сомневалась, что сможем договориться и понять друг друга.
– Ты спишь? – вопрос был лишним, по его дыханию я слышала, что он также продолжает накручивать себя.
– Нет.
– Я не хочу засыпать в ссоре. Я понимаю, что ты хочешь меня, и что у нас всего неделя… я тоже тебя хочу, но у меня ощущения, как будто ты меня ножами режешь…
– Я слышал, как ты сказала, что тебе больно… но я подумал, что это какая-то игра…
– Матвей, если я захочу повторить что-то из пресловутых «Пятьдесят оттенков серого», я скажу тебе об этом прямо, и мы заранее договоримся о правилах, потому что только так это работает. Но я не могу терпеть боль в угоду твоему наслаждению.
Повисло молчание, нарушаемое его тяжелым дыханием.
– Малыш, я очень тебя хочу. Моя бы воля, вообще не выпускал бы тебя из постели. И меня очень огорчает эта ситуация, потому что у нас и так мало времени…
Я замерла в ожидании продолжения. «Мы сейчас расстанемся из-за этого? Интересно, сколько будет стоить поменять вылет из Орландо обратно в Москву на более раннюю дату?» Такие мысли молниеносно пролетели в голове.
– Но меньше всего на свете я хочу причинять тебе боль. Поэтому будем делать так, как ты скажешь.
Крепко обнявшись, мы уснули.
Утром он смотрел на меня глазами нашкодившего маленького мальчика.
– Хочу поблагодарить тебя. Поговорить ночью, не откладывая на утро, было очень мудро.