В этот раз я не поперхнулась. Я умерла от сердечного приступа и снова воскресла ровно за две секунды. Вихрем обернулась к Джейми и уставилась на его абсолютно спокойное выражение лица. Ни намека на ехидство, даже глаза не блестели шаловливо.
– Что? – на октаву выше пропищала я.
– Ладно, понятно… – Майкл попятился и зашагал задом наперед. – Вы знаете, я лучше пойду.
– Если я не ошибаюсь, кофейня Оуэна в другой стороне, – сказал Джейми вслед Майклу.
– А да, да-да, спасибо, – пролепетал Майкл, но направление не сменил.
Когда он скрылся из виду в конце улицы, я схватилась руками за голову.
– Джейми, зачем ты соврал?
Он непонимающе свел рыжие брови.
– Про влюбленную пару! – добавила я, чувствуя, как жилка на шее вот-вот лопнет.
– А-а-а, это. Ну в городе все равно уже нас поженили. Одной сплетней больше, одной меньше.
Я зажмурилась на секунду и сжала большим и указательным пальцем основание переносицы. Может, зря я волнуюсь. Говорить о нас все равно будут, так пусть хотя бы милые вещи.
Джейми обнял меня за плечи и повел обратно в книжный.
– Кстати, у меня есть хорошие новости.
– Ты узнал, что мы тайно поженились и нарожали детей?
– Сколько?
– Что сколько? – спросила я, повернув к нему голову.
– Сколько детей?
– Трех мальчиков – всех рыжих – и одну девочку – она получилась блондинкой.
– Прекрасно, – улыбнулся Джейми. – А как мы их назвали?
– Ты собираешься сообщить об этом Майклу?
– Может быть.
Я цокнула языком, сделав вид, что Джейми меня раздражает, но потом без запинки произнесла:
– Алан, Брайс, Лиам и Гвендолин.
Выражение лица Джейми необъяснимо изменилось. Я не знаю, о чем он думал, но очень надеялась, что он не станет высмеивать имена, которые я присмотрела детям. Детям, на которых никогда не решусь. Было бы бесчеловечно ставить их перед жестокостью мира, где каждый мог найти фотографии их голой матери в интернете.
Повисла неловкая пауза. Джейми сглотнул.
– Я прислушался к твоему совету. Съездил сегодня в редакцию и взял на себя трех практикантов.
– Сразу трех? – Я встала, как вкопанная, посреди книжного.
– Они шли комплектом.
– Я, конечно, безмерно рада, но что сказал Ангус?
– Попросил вернуть их после Игр горцев по возможности целиком, а не частями.
Джейми оскалился, но я увидела искру волнения в его зеленых глазах. Я закусила губу, смотря на закрытый ноутбук на прилавке. Редактура не была завершена, до сдачи оставалось чуть больше недели, а в операторском искусстве я ни черта не понимала. И все-таки, если работать по ночам, а навещать дедушку в больнице по утра и вечерам, то…
– Если хочешь, я могла бы помочь тебе присмотреть за ребятами.
До официального открытия Игр оставалось четыре часа. Оливия стояла в тени каменных стен замка с чашкой кофе в руках и наблюдала за пребывающими посетителями: многие из них были одеты по обычному, кто-то облачился в килт, некоторые предпочли спортивные костюмы. Помимо гостей луг вокруг замка наполнили хозяева палаток с фастфудом; темными пятнами мелькали охранники, нанятые отцом для поддержания порядка во время Игр; на сцене шесть девушек в клетчатых юбках танцевали хайленд; под кронами дуба на волынках и барабанах играли около двадцати музыкантов, задавая происходящему воинственно-торжественный тон.
Я подкрался к сестре сзади, ущипнул за правый бок и обошел её слева. Она взвизгнула, развернулась и шлепнула меня по плечу.
– Джейми! Что б тебя! – грозно сказала Оливия, хотя улыбка уже коснулась её губ. – Я чуть не пролила на себя кофе.
– Я готовлю тебя к Африке. Там у тебя вряд ли будет спокойная минутка.
Оливия недовольно цокнула языком, а потом посмотрела поверх моего плеча.
– А это еще кто?
Сегодня мне пришлось встать в шесть утра, чтобы в деталях обсудить с Ангусом, чего именно он ожидает от пребывания Грега, Коди и Эндрю в моей компании. Потом я собрал оборудование в редакции и привез пацанов в замок. Отца удар хватит, если он узнает, что на заднем сиденье его раритетного Бентли сидели тощие задницы обычных подростков «рабочего класса».
– Грег, Коди и Эндрю, – представил я ребят. – Ещё они откликаются на «пошевеливайтесь» и «эй вы».
– Привет. – Коди расплылся в идиотской улыбке, разглядывая Оливию.
Восторженно приоткрытый рот указывал на то, что нейтронные связи прекратили свое существование. Теперь ясно, кому принадлежала идея со статьей о дефиле нижнего белья.
– Коди! – одернул его я.
Он ошарашенно замотал головой. Эндрю и Грег вытянулись по струнке. Мой педагогический опыт был меньше, чем мозги бабочки-однодневки, но позволять пялиться на свою сестру я не собирался.
– Пора браться за работу, – сказал я без намека на мягкость в голосе.
Вряд ли ребята без возражений признают мой авторитет, если я начну шутить и вести себя с ними на равных.
