— Просто продолжишь после экзаменов. В твоем доме наверняка имеется отличная лаборатория.
— Я бы меньше всего хотел возвращаться в дом отца.
Но уговоры подействовали, и Эйден принялся готовиться к экзаменам. Вся Академия будто сошла с ума. Студенты были везде. Я раньше не осознавала, как много народа здесь учится, пока не приблизилось время сессии. От взволнованного гула голосов невозможно было спрятаться. Первые курсы заполнили библиотеку, разговаривая напряженным шепотом, заняли все лавочки внутреннего двора, то и дело поддаваясь приступам паники. На их фоне пятикурсники выглядели молчаливыми призраками — в обнимку со свитками и книгами в столовой, на скамейке в атриуме, просто вдоль стен возле аудиторий. Даже обычно беспечный Морт теперь постоянно хмурился и морщил лоб. Эйден так вообще перестал что-либо замечать. Но я была рада, что он переключился со своих опытов на что-то менее опасное.
Сразу после завтрака я сбегала в единственное место, где не звенели от напряжения голоса учеников. Пока стояла сухая и теплая погода, я брала с собой какую-нибудь книгу на латинском и отправлялась на окраину леса. Заходила подальше и усаживалась прямо на землю, опираясь спиной на ствол дерева. От алхимии уже воротило, так что я нашла сборник исследований, посвященный порталам и магии перемещения. За полтора месяца ежедневной практики латынь я освоила лучше, чем за все время зубрежки в университете.
За неделю таких вылазок я совсем успокоилась и позволила себе поверить, что все будет хорошо. Немного скучала по разговорам с Мортом, по времени, проведенному с Эйденом, но понимала, что сейчас буквально решается их будущее. Эйден, чтобы вырваться из-под опеки отца, обязан получить диплом, иначе он не сможет продвигаться на алхимическом поприще. А от Морта родители ждали и того больше. Янги держали крупную аптекарскую лавку в столице, и старшее поколение его семьи чуть ли не грозилось на порог его не пустить, если он завалит хоть один экзамен.
Но зато в одиночестве я могла все обдумать и принять решение. Теперь я была твердо уверена, что пойду до конца. Нас с Эйдом ничего не связывало, кроме вынужденной помощи друг другу. Не станет же он всю жизнь таскать меня за собой только потому, что мы друзья. Да и как я останусь, когда в этом мире буду в постоянной опасности? Если Морт сумел распознать во мне попаданку, то найдутся и другие. К тому же оставаться рядом с Эйденом, не имея права открыться ему, было до сих пор больно. Так что я просто приняла тот факт, что спустя пять недель я навсегда распрощаюсь с моей первой любовью и новым другом.
Все, чем я могла ему помочь, я сделала, дальнейшее зависит от него. Я не сомневалась, что рано или поздно Эйден найдет способ справиться со своей проблемой. Жаль, что я этого не увижу, но так будет лучше. Иначе я бы в ту же секунду рассказала ему о своих чувствах, рискуя в этот раз не получить ответа. А этого я бы уже не перенесла. Пусть лучше ничего не знает. Морт говорил, что зелье забвения разрушает все связи, которые были сформированы влюбленностью. Все, что казалось притягательным в другом человеке, все, что заставляло сердце биться сильнее, исчезало безвозвратно. И он был уверен, что организм не способен заново выстроить идентичные связи. А значит, и заново влюбиться в того же человека, которого ты забыл с помощью зелья, невозможно.
Я читала главу о невозможности путешествий между мирами
в силу недоказанности существования иных миров. Видимо, книга была написана еще до первых попаданок. Фыркнула на словах «А кто осмеливается заявить о множестве миров, скрытых от глаз, тому стоит перво-наперво обратиться за помощью к целителям», перелистнула страницу и тут же настороженно замерла. Из глубины леса донесся звук хрустнувшей под чьими-то шагами ветки. Я поднялась, вглядываясь вперед, готовая бежать в случае опасности. Но из-за деревьев показался человек. Я немного расслабилась, но все еще держалась настороженно. В лесу стоит бояться человека — думаю, известное правило моего мира вполне распространяется и на местные леса. Сжала книгу покрепче, когда мужчина в светлом плаще оказался в нескольких шагах от меня. Оглянулась на Академию, прикидывая, услышит ли кто-нибудь, если я закричу.
— Доброго дня вам. Пожалуйста, не смотрите так испуганно,
я вовсе не хотел вас напугать. — Мужчина добродушно улыбнулся. Я не могла определить его возраст, но он был точно старше сорока. Крепкая фигура, высокий открытый лоб, светлые волосы и такие же светлые глаза. Я чуть ослабила хватку. Интересно, кто это? Один из преподавателей решил прогуляться? — Не хотел идти через Фолис: сами понимаете, какая суета там в это время года. Пришлось пробираться через чащу. Но так даже короче, — он встряхнул плащ, пытаясь избавиться от прилипших колючек, — хоть и сложнее. Не думал, что кто-то из студентов окажется здесь. Разве вы не должны готовиться к экзаменам?
Я провела руками по накладным карманам на юбке. Незнакомец проследил за моим движением.
— Ох, простите, не заметил сразу. Так вы помощник, не студент?
Я кивнула.
