| 'They built their own Tevershall, that's part of their display of freedom. | - Они сами построили этот Тивершолл, их никто не неволил. |
| They built themselves their pretty Tevershall, and they live their own pretty lives. I can't live their lives for them. | На их вкус Тивершолл красив и жизнь их прекрасна. Они сами ее создали. |
| Every beetle must live its own life.' | По пословице: всяк сверчок знай свой шесток. |
| 'But you make them work for you. | - Но ты ведь принуждаешь их работать на себя. |
| They live the life of your coal-mine.' | Их шесток - твоя шахта. |
| 'Not at all. Every beetle finds its own food. Not one man is forced to work for me. | - Никого я не принуждаю. Каждый сам ищет свою кормушку. |
| 'Their lives are industrialized and hopeless, and so are ours,' she cried. | - Производство поработило их, жизнь их безнадежна. Так же, впрочем, как и наша, -Конни почти кричала. |
| I don't think they are. | - Заблуждаешься. |
| That's just a romantic figure of speech, a relic of the swooning and die-away romanticism. | Все, что ты говоришь, - дань дышащему на ладан романтизму. |
| You don't look at all a hopeless figure standing there, Connie my dear.' Which was true. | Вот ты стоишь здесь, и в твоем лице, во всей фигуре не заметно никакой безнадежности, милая моя женушка. И Клиффорд был прав. |
| For her dark-blue eyes were flashing, her colour was hot in her cheeks, she looked full of a rebellious passion far from the dejection of hopelessness. | Синие глаза Конни горели, щеки заливал румянец; она была живым воплощением бунтарства, антиподом безнадежности. |
| She noticed, ill the tussocky places of the grass, cottony young cowslips standing up still bleared in their down. | Среди травы она заметила только что распустившиеся первоцветы, которые весело топорщили свои ватные головки. |
| And she wondered with rage, why it was she felt Clifford was so wrong, yet she couldn't say it to him, she could not say exactly where he was wrong. | И вдруг подумала, ведь не прав же Клиффорд, ясно, что не прав, так почему она не может вразумительно сказать ему это, объяснить его неправоту? |
| 'No wonder the men hate you,' she said. | - Не удивительно, что эти люди не любят тебя, -единственное, что она нашлась сказать. |
| They don't!' he replied. And don't fall into errors: in your sense of the word, they are not men. | - Это не так, - возразил он. - И, пожалуйста, не путай понятий. Они не люди в твоем понимании этого слова. |
| They are animals you don't understand, and never could. | Это вид млекопитающих, которых ты никогда не понимала и не поймешь. |
| Don't thrust your illusions on other people. | И не надо распространять на других собственные иллюзии. |
| The masses were always the same, and will always be the same. | Простолюдин всегда остается простолюдином. |
| Nero's slaves were extremely little different from our colliers or the Ford motor-car workmen. | Рабы Нерона лишь самую малость отличаются от английских шахтеров и рабочих Форда. |
| I mean Nero's mine slaves and his field slaves. | Я имею в виду тех древних рабов, что корежились в копях и гнули спины на полях. |
