Луи потребовал, чтобы ему вернули старшего сына, но тут Наполеон напомнил ему, что по статуту принцы императорской семьи до семи лет не должны покидать мать. Он также защищал Гортензию, доказывая Луи, что тот не должен ограничивать права своей жены на развлечения, но, когда молодая женщина завела речь о разводе, император высказался против. Вдобавок император и Луи кардинально разошлись во взглядах на способы управления Голландией: император требовал, чтобы для сохранения независимости эта страна обладала четырьмя характеристиками: финансами, армией, флотилией, а не флотом, и полным отказом от торговли с Англией. Но эта торговля испокон веков была источником богатстве Нидерландов, поэтому контрабанда процветала, Луи же не мог идти против интересов своих подданных. Впоследствии на острове Св. Елены Наполеон с нескрываемой горечью высказался по поводу строптивости своих родственников:
– Назначил вот такого королем, так он тотчас же считал себя осененным милостью Божией. Это уже больше был не лейтенант, на которого я мог положиться, а еще один враг, которым мне приходилось заниматься.
Затем настало 15 декабря 1808 года, когда Наполеон объявил о своем разводе с Жозефиной. Гортензия и Евгений, как всегда, безропотно подчинились решению своего отчима. В отличие от Бонапартов они следовали выполнению его желаний без малейших возражений. После разгрома австрийско-русских соединений по Аустерлицем в декабре 1805 года, Священная Римская империя германской нации перестала существовать. Наполеон произвел укрупнение некоторых среднего размера немецких государств за счет совсем уж мелких, статус курфюршества Баварии и герцогства Вюртемберга был повышен до королевского, что дало императору возможность заключить новые блестящие браки для своего окружения. В первую очередь такая возможность выпала Евгению де Богарне. Сначала во французских газетах было напечатано сообщение о женитьбе Евгения, вице-короля Италии, на принцессе Августе Баварской, а уж только потому Наполеон написал своему пасынку письмо, что в течение ближайших дней ему предстоит вступить в брак с дочерью курфюрста Баварии, которая «красива более, нежели ее портрет на чашке, которую я посылаю тебе».
Когда Наполеон лично прибыл в Мюнхен, столицу Баварии, курфюрст набрался достаточно мужества, чтобы предъявить перечень своих возражений против этого замысла императора. Принцесса Августа была помолвлена с кронпринцем Баденским и с нетерпением ожидала свадьбы; курфюрст же был против Евгения, поскольку тот был не сыном императора, а «простым французским дворянином» Далее курфюрст без особых околичностей дал понять, что предпочел бы выдать Августу замуж за Наполеона после быстрого развода с Жозефиной. Вторая жена курфюрста, молоденькая мачеха Августы, Каролина, была не только сестрой кронпринца Баденского, но сама в молодости лелеяла надежду выйти замуж за невинно убиенного герцога Энгиенского и призывала на голову Наполеона все возможные проклятия.
Император решил все проблемы по-военному стремительно: он приказал кронпринцу Баденскому жениться на Стефани де Богарне, племяннице Жозефины по мужу, повысил ранг курфюрста до королевского, усыновил Евгения и пожаловал ему титул его императорского величества. Евгений затратил четыре дня на путь верхом из Падуи в Мюнхен и уже через три дня по прибытии стоял под венцом рядом с девицей, которую ранее и в глаза не видывал. На его обручальном кольце было выгравировано: «Евгений Бонапарт». По воле судьбы, брак оказался счастливым. Если у Евгения и были какие-то увлечения, он всегда успешно скрывал их. Жозефину этот брак порадовал, ибо теперь усыновленный Евгений становился престолонаследником. Гортензия же пришла в отчаяние, ибо Луи запретил ей присутствовать на свадьбе горячо любимого брата. Не захотели почтить своим посещением свадьбу и супруги Мюрат, считая, что Евгений осыпан этими милостями незаконно[37].
После развода Гортензия всячески поддерживала свою мать и старалась не покидать Жозефину, хотя отчим просил ее проводить больше времени в Голландии. Она послушно уехала туда, но после некоторого времени практически сбежала во Францию, выговорив себе право не возвращаться более в опротивевшее ей королевство. В июле 1810 года Луи отрекся от голландского трона в пользу своего старшего сына, и страна была присоединена к Франции. Наполеон счел поступок брата не более или менее как умственным расстройством и, наконец, признал за супругами право на раздельное проживание. Гортензии отошел особняк в Париже и замок Сен-Лё, а также содержание в два миллиона франков. В своих воспоминаниях Гортензия отметила, что, освободившись от супружеских уз, она также почувствовала себя намного более здоровой, исчезли некоторые хвори, досаждавшие ей. Луи отреагировал на расставание довольно спокойно, написав брату Люсьену:
