В то же время современники часто говорили, что Луи отличался от своих братьев и сестер как внешностью, так и характером. Надо сказать, что Луи был чрезвычайно привязан к памяти своего покойного отца. Она перевез его прах (Карло умер и был похоронен в Монпелье) в свое имение Сен-Лё и захоронил там. Только намного позднее Карло упокоился в Аяччо рядом с Летицией. Для стопроцентного подтверждения сомнения в том, что Луи не является сыном Карло Бонапарте, необходимо взять пробу с его останков, покоящихся в склепе церкви поблизости от его бывшего имения Сен-Лё.
Кажется странным, но почему-то никого не занимал тот вопрос, что Элиза Бонапарт, всего на год старше Луи, также мало походила и нравом, и внешним обликом на своих красавиц-сестер. Именно про нее Лора Пермон, герцогиня д’Абрантес, в своих мемуарах написала: «Ни одна женщина не отвергала подобно ей изящество своего пола». Зато сестра Полина по праву считалась самой красивой дамой Империи.
Хотя эта женщина успела познать в детстве нищету и вынужденную скупость матери, она до конца своей короткой жизни сохранила непосредственность, свободу выражения чувств и глубокую привязанность к своей семье. Известно, что ей пришлось стирать белье для состоятельных клиентов и разносить его по домам. Финансовое положение семьи улучшилось в результате триумфального возвышения Наполеона после подавления восстания роялистов в Тулоне. Стирке для клиентов был положен конец, и две младшие дочери непродолжительное время посещали начальную школу некой вдовы Додон, которая впоследствии даже подавала прошение о признании своих заслуг: «Я владела наилучшим пансионом в Марселе, занималась образованием всех, кто имел какой-то вес в Марселе. Я имела честь содержать на пансионе в своем доме младших сестер нашего императора».
Именно в это время Бонапарты завязывают близкие отношения с семьей Клари. От двух браков главы семейства родилось тринадцать детей, младшие дочери были такого же возраста, как Полина и Каролина. Некоторое время Элиза была принята в семью в качестве гувернантки, а Каролина – компаньонки. В 1794 году Наполеон, ставший инспектором артиллерии на побережье, потребовал, чтобы семья переселилась в поместье Шато-Салле поблизости от Антиба. Он разместил родню в особняке с видом на море, реквизированном для нужд штаба Итальянской армии. Полина, как все южанки, рано созрела (не будем забывать, что ее мать в этом возрасте родила своего первенца) и рано начала выделяться среди сверстниц своей яркой красотой. Естественно, от поклонников из числа военнослужащих штаба отбоя не было. Конечно, они имели в ее глазах более привлекательный вид, нежели лысый и пузатый мыловар Диллон, который сватался к ней в Марселе. Он заявил мадам Летиции, что богат, а потому та дипломатично сказала, что девочка еще молода, но он может надеяться. Слухи об этом дошли до Наполеона, который тут же написал Жозефу:
Но вскоре руки сестры попросил один из адъютантов Наполеона, Андош Жюно, лет на десять старше девушки. Говорят, он подсмотрел как Полина, подобно Венере, купалась в море безо всяких покровов. Жюно стал излагать причины, по которым являлся вполне солидной кандидатурой.
– Я всего лишь лейтенант, но под вашим командованием определенно продвинусь, ибо не испытываю страха ни перед чем. По смерти отца мне достанется рента в тысячу двести ливров.
Наполеон со свойственной ему логикой мышления разбил воздушные замки молодого офицера.
– Твой отец здоров как бык, так что наследства придется дожидаться долго. Ты гол как сокол, Полина – бесприданница. О какой женитьбе может идти речь? Подождем до лучших времен.
