Людовик XIV полностью

И Арно д'Андийи, и его брат Антуан, и их друзья еще до наступления Церковного мира, писали, публиковали большие произведения, из которых — а жаль — мы прочли лишь одно: самую блестящую, самую значительную книгу, книгу Паскаля. В 1668 году были напечатаны произведения теолога Кенеля «Речения Господа нашего — Иисуса Христа, Воплощенного Слова, взятые из Нового Завета», затем труд Лансело «Новое изложение Священного Писания, рассчитанное на ежегодное полное прочтение». В 1669 году вышел первый том Николя (другие выйдут в 1672 и 1673 годах) «Постоянство веры в отношении евхаристии». В начале следующего года вышли «Мысли» Блеза Паскаля, посмертные фрагменты великой христианской апологетики, о которой мечтал этот разносторонний человек. В июне 1670 года был опубликован другой забытый труд о загробном мире — «Размышления о воскресных днях и праздниках» Сен-Сирана. Затем в 1671 году появляются «Христианские наставления», написанные этим же аббатом, извлеченные из его переписки. Все в том же году друг за другом вышли «Краткий курс (изложение) евангельской морали» Паскье Кенеля, «Обоснованность предубеждения против кальвинистов» Пьера Николя и того же Пьера Николя первый том «Эссе о нравственности» (публикации его продлятся до 1714 года). А в 1672 году началась очень важная публикация Библии, переведенной де Саси, которая займет тридцать томов. Итак, вместе с новым шедевром Паскаля появляется настоящая библиотека живущих или уже скончавшихся августинцев. Заглавия их книг говорят о содержании: приверженность к Священному Писанию; нравственная одержимость; забота о том, как себя защитить от нападок; стремление к тому, чтобы отмежеваться от Реформы. Знаменитое «золотое перо», о котором говорил папский нунций, является золотым для короля только такой ценой (да и то временно и при условии, что за ним пристально следят).

У придворных и у парижан (а они далеко не все читали эти книги, которые порой трудно воспринимать, за исключением «Эссе о нравственности», круг читателей которого был достаточно обширен) было много «друзей извне». В период Церковного мира большая часть элиты французского общества попала под влияние наставников (так называли отшельников, возвратившихся в Пор-Рояль» уже в 1669 году, — в общем, янсенистов). Некоторые из их приверженцев были верны им уже полвека. Другие же примкнули к ним, как маркиза де Севинье — сторонница и талантливая и полезная. В январе 1674 года она посещает Пор-Рояль де Шан, от которого приходит в восторг: «Пор-Рояль — просто Фивы. Это рай, это пустыня, где сосредоточилось христианское благочестие; это святое место, занимающее в окружности всего лишь одно лье. Здесь есть пять или шесть отшельников, которых почти никто не знает и которые здесь живут как кающиеся грешники святого Иоанна Климакоса. Монашки — это ангелы на земле… Я вам признаюсь, что была восхищена тем, что увидела в этом божественном уединении»^{96}.

В том же, 1674 году нельзя не отметить и увлечения «Широкополыми шляпами» (так называли тогда иезуитов). В песне льстивыми словами воспевается почтение к ним:

Борьба между обоими лагерями, которая сильно будоражит французскую Церковь, ее богословов, проповедников, писателей и педагогов, продолжается в течение всей этой передышки (иезуиты раздражены: передышка слишком затянулась). Если в рядах Пор-Рояля находятся Лансело и Николь, у иезуитов есть отец Бурр, который публикует в 1671 году «Беседы Ариста и Эжена». Если орден иезуитов гордится своим Бурдалу, у августинцев есть отец Соанен (великая надежда кафедры).

Удивителен и парадоксален факт, что эта внутренняя передышка, Церковный мир, продолжается во время долгой и жестокой внешней войны. И наоборот: внешний, дипломатический мир положит конец внутренней религиозной гармонии. 5 февраля 1679 года будет подписан последний договор, названный Нимвегенским; 15 февраля умрет герцогиня де Лонгвиль, защитница Пор-Рояля; 18 ноября король повергнет и де Помпонна. И снова разгорится борьба между теми, кто «правильно» и «неправильно» служит Господу Богу.