Хлоя сидит поодаль, хохоча и доверительно болтая с Брайсом. Уильям, кажется, уже ушел. Мы предлагаем вызвать такси, но она пока не хочет уезжать, так что я с ней прощаюсь и еду со своим восхитительным парнем домой, где мы занимаемся головокружительным сексом.
Телефон звонит в девять утра следующего дня, и я хватаю его с прикроватной тумбочки и сонно говорю:
– Алло?
– О, черт побери, опять я все перепутала? – ахает Молли. – Который час? – Усмехнувшись, я отвечаю. – А, тогда нормально. Вставай, ленивая задница!
Бросаю взгляд на Джеймса, который, застонав, накрывает голову подушкой, беру халат и иду в гостиную. Голова трещит.
– Уфф, – бормочу я. – Извини. Просто пришлось выйти из спальни. Ночка выдалась жаркой.
– Правда?
– Ага. А ты как? – хрипло спрашиваю я.
– Спасибо, очень хорошо, – отзывается подруга, а потом взволнованно говорит: – У меня есть новость.
Боже, она беременна?
– О, ты же не… – Я почти срываюсь на крик.
– Не что? – недоумевает Молли.
– Прости. Продолжай.
– Нейтан едет в Лондон! – выдает она.
– Знаю. – Я смеюсь, но сразу понимаю, что допустила ошибку. Молли и Сэм не в курсе, что мы с Нейтаном общаемся.
– Знаешь? – слегка опешив, уточняет Молли. Ладно, слово не воробей – остается только справиться с объяснением.
– Да. Он позвонил пару недель назад и рассказал.
А вот теперь дело потруднее. Признаться ей про все наши беседы, тем самым, возможно, заставив ее что-то подозревать, или же промолчать – но тогда Молли может спросить обо всем Нейтана? Ох, Люси Маккарти, какую же паутину лжи ты плетешь…
– Он мне не говорил! – Молли явно разочарована, что не успела с новостью первой.
– Ох, ну, Нейтан, очевидно, подумал, что лучше… – На этом мое вдохновение кончается. – Да ладно! Разве это не здорово?
– Да, хотя мы с Сэмом очень завидуем. Когда-нибудь обязательно тоже до тебя доберемся.
– Вот именно! Давно пора…
– Так что, – продолжает Молли, – если Нейтан прилетит в последнюю субботу сентября, то, может быть, встретишь его в аэропорту?
Мое сердце замирает.
– То есть, он уже забронировал билет?
– Ты же вроде сказала, что все знаешь!
– Нет, ну, я знала, что он размышлял насчет поездки… Но… Ух ты! Так он правда приезжает?
«Последняя суббота сентября», – думаю я, повесив трубку. Я нервничаю. Буквально вне себя от ожидания. Я
Прикидываю, не позвонить ли ему. Нет. Мне все еще неловко с ним разговаривать. Решаю написать смс.
ТЫ ПРИЛЕТАЕШЬ? МНЕ СКАЗАЛА МОЛЛИ.
ДА. ОНА ЗНАЕТ, ЧТО МЫ ОБЩАЕМСЯ?
ДА. ПРОСТИ, ПРОГОВОРИЛАСЬ.
ХА-ХА. НИЧЕГО СТРАШНОГО.
Я на секунду отвлекаюсь, а потом набираю:
ЧТО ЗЕЛЕНОЕ СТАНОВИТСЯ КРАСНЫМ, ЕСЛИ ЩЕЛКНУТЬ ПЕРЕКЛЮЧАТЕЛЕМ?
???
ЛЯГУШКА В БЛЕНДЕРЕ.
УЖАС, ЛЮС, КАКОЙ УЖАС.
Накатывает облегчение и даже внезапное сожаление, что я все-таки не позвонила ему, не услышала его голос.
КАК ТАМ ТВОЙ ДОМ?
ХОРОШО. ПОЧТИ ГОТОВО.
ТЫ УЖЕ ПОЧТИ КАК ТВОЙ ПАПА. НАСТОЯЩИЙ ЗАСТРОЙЩИК.
Несколько месяцев назад я сильно волновалась, упоминая его покойных родителей, но, кажется, теперь это в прошлом.
В ТОМ-ТО И ПЛАН.
В середине сентября мама прибывает в Лондон за покупками. Она заезжает за мной домой.
– Привет, Диана, – тепло здоровается Джеймс. Он не идет с нами на обед. Хорошо, что есть время поболтать с мамой наедине – я с Пасхи не была в Сомерсете, а ей очень редко удается выбраться из чайной.
– Ну что, считаешь дни? – сухо спрашивает мама, как только официант приносит напитки. Нам удалось занять столик на улице в шикарном ресторане на улице Мэрилебон-Хай. Субботний день солнечный и просто восхитительный, дует приятный и прохладный ветерок. Август был очень душным.
– Нет, мам, – хмурюсь я. Пару недель назад я обмолвилась ей о приезде Нейтана. Хотя по душам мы так и не разговаривали. Когда она звонит, Джеймс обычно в комнате или где-то рядом. К тому же я правда не склонна обсуждать Нейтана и раздражаюсь, когда люди пристают с вопросами.
Знаю, в первую очередь я сама виновата, что все им рассказала, и продолжаю себя за это корить. Лучше бы держала язык за зубами. На днях звонила Рина с непрошеным и ненужным сочувствием, а Карен пару недель назад опять меня отчитывала. Кажется, друзья наслаждаются моей дилеммой, и это просто выводит из себя.
– Когда он прилетает? – спрашивает мама.
– Через две недели.
– Черт, – резюмирует она. – Скоро.
Я все еще не хочу об этом говорить, но ее пристальный взгляд давит, побуждая поделиться подробностями.
– Мы с Джеймсом прекрасно ладим, – объясняю я. – Так что мне немного не по себе.
Мама кивает:
– Ну, это хорошо.
