– Девчонка нас ненавидит.
– Ненавидит, но сбежать от драгончих помогла.
– Это было до того, как мы взорвали склад со сферидами, – напомнила Шани.
– Я так и знал, что это ты взорвала! – торжествующе вставил Дик.
– Это мой стиль, – сказала Шани.
– И всё же, я думаю, мы должны объясниться с чарой Паларией, – настаивала Эльда.
– Как?
– Дик может передать записку.
– Она же слепая!
– Тогда он может ей рассказать!
– Откуда он знает, куда посадили Паларию? – пренебрежительно сказала Шани.
Дик чуть не задохнулся от возмущения.
– Мне послышалось или твоя сестра предположила, что я не смогу найти по запаху ту слепую чару, которую увёл Грёз? – вкрадчиво спросил Дик.
– Кажется, именно так она и сказала. – Эльда чуть не засмеялась.
– Говори, что нужно передать.
Эльда вопросительно посмотрела на сестру.
– Не вижу в этом большого смысла, – сказала Шани. – Но если ты думаешь, что это нам поможет, то…
– Тогда слушай внимательно, Дик. Передай чаре Паларии, что нам очень нужна её помощь. Скажи, что мои родители молчат не потому, что они предатели, а потому, что находятся под стражей. Их оговорили. Но если Грёз причинит нам с Шани вред, Камнесад будет уверен, что изганы – враги. Если чара Палария знает, как нам выбраться отсюда и при этом не разрушить жизнь Логова, пусть даст нам знать. Это очень важно, Дик.
– Я понял, подруга. Но если эта старая тётка начнёт кричать что-нибудь вроде «Ой, говорящая крыса!», можно мне её укусить?
– Уверена, что она не станет так говорить, – сказала Эльда, погладив Дика по голове.
– Они все так говорят, – буркнул крыс.
И тут они услышали звук.
Негромкая, но очень отчётливая мелодия рождалась не где-то за стенами, а прямо здесь, рядом с ними. Они одновременно повернулись в сторону звустрицы.
Неужели это наконец произошло? Неужели Камнесад решился на переговоры?
Девочки бросились к раковине, которая слегка вибрировала. Внутри неё было послание, и звустрица ждала прикосновения силы, чтобы раскрыться и выпустить его на волю.
– Ты умеешь? – спросила Эльда.
Вместо ответа Шани протянула руку, Полумрак вспыхнул, передавая часть силы в ладонь и дальше, к звустрице. Створки раковины раскрылись, девочки увидели световую сферу.
Эльда ожидала услышать голос матери или отца – или самой чароведы Дамиры, но ошиблась. К ним обращался кто-то незнакомый. Зловещим, прерывистым шёпотом, больше похожим на вкрадчивое шипение змеи, расползлись по залу пугающие слова:
– Ну вот ты и попалась, старая пиявка. Долго же ты пряталась от меня, Ферра, я даже устала искать… Но я никогда не забывала про тебя, никогда. Ты всё-таки рискнула высунуть нос из своей грязной дыры. Ты не представляешь, как вовремя. Твои парламентёры не хотели передавать пространственный пароль к звустрице, пришлось выманить у них его при помощи некоторых… воздействий. И скоро я явлюсь за тобой, потому что где пароль, там и струна… Она приведёт меня к тебе, и мы закончим наш разговор навсегда. И ты больше не спрячешься от меня, Ферра. Ни ты, ни твои трусливые детки.
Раздался смех, от которого некуда было спрятаться. Он звучал негромко, как и все остальные слова, но хотелось зажать уши, чтобы не слышать его. Хотелось вообще не знать, что такой смех может существовать в мире.
Смех всё звучал, как будто у того, кто отправил послание, случилась истерика. И тогда Эльда увидела, как звуковая сфера взорвалась.
Развеялась с тихим чпоканьем, не оставив ни следа. Основной удар пришёлся на звустрицу – раковина взлетела, будто подхваченная ураганом, врезалась в стену, не выдержала удара, раскололась на части, осыпалась вниз и осталась лежать печальными черепками.
Эльда и Дик обернулись и посмотрели на Шани.
Девочка стояла неподвижно, глядя на разрушения, которые учинила. Она, или её чаронит, или они вместе – трудно было разобрать. Но этот смех был просто невыносим, его нужно было остановить.
В первый момент Эльде хотелось расцеловать сестру за то, что Полумрак снова не сдержался. Звустрицы больше не было, не было и жуткого, проникающего в самую душу смеха, но та угроза, которая только что прозвучала, никуда не делась. И забыть о ней теперь не получится. И забыть о том, что существует где-то человек, который говорит таким голосом и такими словами, – не получится тоже.
Дик выглядел очень плохо. Шерсть на нём встала дыбом и почему-то покрылась влагой. Глаза казались безжизненными. Но он всё-таки смог выдавить из себя:
– Теперь она знает, как найти нас.
– Кто она? – замерев, спросила Эльда. В глубине души она уже знала ответ.
– Чара Гаруна. И если она проникнет сюда – то Логову уже ничем не поможешь.
Эльда подошла к разбитой раковине и тронула носком башмака крупный осколок. Один из черепков подмигнул ей блеском чаронитов. Девочка подняла его.
– Звустрица больше не заговорит, – сказала она. – Значит, ждать ответа из Камнесада бессмысленно. Даже если они захотят связаться с нами, у них не получится… Теперь мы сами по себе. Или мы выберемся отсюда, или Грёз… исполнит свою угрозу.
