Во дворе замка, перед крыльцом, собрались все, кто находился в Хальмстеме, за исключением часовых на стенах. Эша, стоя между Фил ем и Габриэль, раздражённо пыхтела:
– И чего, спрашивается, нас согнали сюда? Ничего нового мы не узнаем. Загонят сейчас в Большую гостиную, и будем сидеть там как курицы! Мы, собаки и человек пять этих головорезов в беретах. Я бы лучше снаружи всласть постреляла!
– Помолчи, – сказала Руфина за её спиной.
На крыльцо вышел Мастер с командором Почтовых.
– Властью, данной мне над этим поселением, – начал Мастер, – я приказываю сразу после наступления темноты покинуть замковый корпус всем, будь то военные или гражданские…
– Плохая идея, – пробормотал Прений позади Филя.
– …и удалить собак из Хранилища, – закончил Мастер.
– Ещё хуже идея, – вздохнул кузнец.
Во дворе раздался ропот. Кто-то крикнул: «Такого никогда раньше не было!» На что Мастер махнул рукой и сказал, перед тем как опять скрыться в замке:
– Положитесь на меня, я знаю, что делаю.
Прений произнёс себе под нос:
– Нам попался сумасшедший. Что ж, будем как-то выживать!
Растерянные солдаты, негромко переговариваясь, снова заняли свои посты на стенах и вокруг замкового корпуса. Некоторые из них крутили пальцами у виска. Такое поведение было пресечено их офицерами, хотя не сразу.
Прений оглядел оставшихся перед крыльцом четырёх поваров и всех Фе.
– Вам, – сказал он поварам, – я принесу запасные жезлы. А как насчёт тебя?
Он посмотрел на Руфину, она ответила:
– У меня есть.
– А у тебя? – Он перевёл взгляд на сияющую Эшу.
– Мне не нужен, мой в сундуке!
– А тебе? – спросил он у Габриэль, выглядевшей грустной и понурой.
– Мне надо, – сказала она, с тоской посмотрев на замок. Нарушение привычного хода событий оказало на неё скверное действие.
Пока Прений ходил за жезлами, Эша мельтешила перед крыльцом взад-вперёд. Она знала, что Мастер задумал, но теперь, когда хозяин замка показал, что не шутит, ей приспичило узнать детали.
– И что, там в самом деле висит настоящий кубок Локи? – спросила она и сама же ответила: – А, ну да, ты же был высоко! А пенал под Арпонис, он плотно закрывается?
Сидя на ступенях с Габриэль и Руфиной, Филь спросил удивлённо:
– С чего ты так взбудоражилась? Закрывается он, плотно закрывается!
– Потому что мне интересно, – сказала Эша. – Как ему только удалось? А ещё очень важно не трогать Арпонис руками при работе, иначе беды не избежать.
Филь нахмурился:
– Откуда ты знаешь, почему?
Всё так же, меряя двор шагами, Эша ответила:
– Запуск Арпониса от рук человека в Хранилище – непредсказуемое мероприятие. Не только Мастер читает нужные книжки!
Тут она вспомнила, что скоро в замок не будет доступа, и побежала за своим жезлом. Тем временем Прений приволок из подпола кузни мешок Арпонисов и раздал их всем, кто в них нуждался. Затем он присел на крыльцо рядом с Руфиной. Девушка выглядела грустной, как и Габриэль, которую она обнимала. Дождавшись, пока на крыльце останутся только они втроём, Руфина сказала:
– Прений, пожалуйста, не называй его ненормальным. Он хороший, несчастный, одинокий, и его никто не понимает. Он уменьшил гарнизон, чтобы избежать больших жертв, если что-то пойдёт не так, но он верит в свою затею!
Кузнец удивился:
– А тебе-то что?
– Я вышла за него замуж.
Прений искоса глянул на неё и хмыкнул. Габриэль навострила уши. Руфина продолжила:
– Если хочешь знать, его брат – вот кто действительно ненормальный. Они бьются по поводу Хальмстема уже целую вечность. Фернан задумал, как только Флав остановит Сотерис, перевезти его на новое место в золотой бассейн под Кейплигским замком и оттуда самолично управлять Границей. Сотерис вроде не растворяет золото.
Филь подумал: «Ага, вот куда делось всё золото Империи!» Ирений воскликнул:
– Он сошёл с ума! Сотерне живёт в этих камнях уже девятьсот лет! С чего Фернан решил, что он выживет в металлическом бассейне вдали от породившего его моря? И что станет с Внутренней Границей под замком? Она же навсегда закроется!
– Фернану не нравятся обе Границы, – тихо проговорила Руфина. – Он считает, что снаружи слишком большой и опасный мир. Он хочет изолировать Империю.
Протяжный зловещий звук прокатился над погружающимися в туман башнями. Утробное завывание перешло в вой, сопровождаемый гулом и скрежетом. Филь замер от ужаса, пока не сообразил, что это воет «Глас Сирены», а гул и скрежет производит её железный барабан. Внутрь него Мастер поместил рассчитанную им улитку, которую надо было вращать за кованую рукоятку снаружи.
Глядя, какое действие оказал «Глас» на людей, Филь восхитился придумкой. Когда её испытывали летом, он был занят вращением рукоятки и не смотрел, что происходит вокруг. А тут воочию было видно, как после начального испуга солдаты подтянулись и удвоили внимание.
– Что это за чертовщина? – выпалила Эша, слетая с крыльца. В руке она держала Арпонис.
– А здорово, правда? – засмеялся Филь. – Это Флав придумал!
