«Реквизитором – инквизитором. Сжигать на костре еретиков», – подумал я.
Мне показалось, что Влад подумал примерно то же самое.
Ужин закончился около десяти вечера. Макс с Владом отправились на улицу встречать такси, а я задержался в прихожей, ожидая, когда принесут высушенные джинсы. Пока Кэт ходила за ними, Полина Ивановна пригласила меня на пироги, подробно расспросив, с чем больше нравятся, – с капустой или с мясом. Сошлись на том, что будут и те, и другие.
Кэт принесла пакет с джинсами и вышла проводить гостей. На улице она поцеловала меня, шепнув «я люблю тебя», затем тихо сказала, что теперь я должен уговорить Влада согласиться. Я заверил, что постараюсь, и, придерживая юбку-килт, чтобы не задиралась от порывов ветра, поспешил к такси.
Не успело такси тронуться, как Макс начал высказывать различные идеи, куда потратить деньги.
Я молчал, озадаченно размышляя над произнесенным Кэтрин «я люблю тебя». Каких-то три слова, но как много за ними стоит.
Доехав до ближайшей станции метро, мы высадили Макса, торопившегося поделиться с Бози радостной новостью, и дальше поехали с Владом вдвоем.
Влад сидел напротив меня, отвернувшись к окну. Ему явно было о чем призадуматься, – впрочем, как и мне.
– Быстро ты растешь. Так и вправду станешь английским лордом или членом парламента, – неожиданно произнес Влад с неприязнью. – Поездка в Шотландию помогла?
– И это тоже. C’est la vie [56] .
– Ну ну…
Влад умолк и снова отвернулся к окну.
Его план рухнул, Папа Скрудж смешал все карты. Если раньше Влад как директор мог спокойно распоряжаться деньгами компании и при удобном случае взять себе, сколько надо, то теперь на его пути стоял я, готовый в любую минуту обнажить меч, защищая интересы Кэт и ее семьи. Теперь наши дороги разошлись, лес закончился, и пилигримы готовы перерезать друг другу глотки из-за пары золотых.
– Я соглашусь на предложение г-на Штейна только в том случае, если получу тринадцать миллионов сразу, как произойдет слияние компаний. – Влад повернулся ко мне. – И так, чтобы никто не знал, кроме тебя и меня. После этого я выйду из игры, и можешь делать, что хочешь.
Я молча переваривал услышанное. Отличный контрудар! Влад – настоящий боец, достойный уважения. Он не паниковал, не нервничал, а без промедления перешел в наступление. Я снова оказался перед выбором. Если не принять его условий, то на будущем ZET MAX IMPERIAL можно ставить крест, мои деньги тоже пропадут, и кто знает, что случится, если вмешается Серж.
– Тот, кто не управляет деньгами, рано или поздно вылетает из игры, – продолжил Влад. – Не хочу и не могу рисковать своей фирмой. Когда деньги будут у меня, ты получишь полмиллиона.
– Папа Скрудж не простит мне этого, – сказал я.
– Это твоя проблема. Ты сам оценил мой бизнес в двадцать шесть миллионов, и я хочу всего половину. Справедливая цена. Для г-на Штейна супервыгодная сделка, разве не так?
– Может, и так, – уклончиво ответил я.
Такси остановилось, пропуская на пешеходном переходе незрячую пожилую женщину. В поношенном плаще и вязанной пестрой шапочке, она двигалась довольно уверенно, постукивая тростью впереди себя. У слепых, наверное, особое представление о моде: на ощупь, по фасону.
– Влад, почему бы тебе не предложить г-ну Штейну просто купить твою долю в будущей модной империи? – спросил я.
– Он никогда на это не пойдет. Он прекрасно понимает, что все эти платьица, кофточки и юбочки не стоят и трети той цены, за которые они продаются. Закрой магазины, сними товар с вешалок – и все превратится в груду тряпок, которым место на вонючей барахолке. Для господина Штейна ценность представляют исключительно сами магазины. Да что я тебе объясняю, ты это знаешь не хуже меня. – Влад поправил челку. – Если ты не согласишься, я не отдам свои акции. Плевать я хотел на всю моду. Лучше продам бизнес в России, на жизнь хватит. Дом дострою.
– И бассейн, – я не удержался от иронии.
– Это тебя не касается, – резко возразил Влад.
– Извини, – сказал я. – Ты прав. Можно все продать – если ты, конечно, не в долгах, как в шелках.
Я сознательно намекнул Владу на его проблемы – в надежде, что он захочет найти компромисс. Но ход не удался.
– О долгах всегда можно договориться, – проговорил Влад, пристально глядя на меня. Он догадался, что я знаю не только о шести миллионах долга, но и кому конкретно он должен.
– Смотря с кем, – заявил я, не собираясь больше таиться.
– Вот именно, смотря с кем… – Влад усмехнулся. – С ними даже легче, чем с банкирами.
Такси остановилось около красных телефонных будок, не доезжая метров двести до кирпичной ограды с калиткой. Шофер объявил, что ему неудобно там разворачиваться.
– Я подумаю над твоим предложением, – сказал я, пожимая на прощание руку Влада.
Черт, опять эта мелодия! Кто-то очень хочет знать последние новости?
– Перезвоню, – коротко бросил Влад невидимому собеседнику и убрал телефон в карман.
– Песню
– Не знаю, – ответил Влад. – А что?
