Несколько распахнутых двустворчатых дверей вели в роскошный прямоугольный бальный зал. Портьеры из тяжелого красного бархата с золотыми кисточками обрамляли каждое высокое арочное окно. Позолоченная лепнина и росписи украшали сводчатый потолок. Под ним висело какое-то немыслимое количество люстр, и на каждой горела по меньшей мере сотня свечей. Дополнительное освещение создавали высокие зеркала. Они отражали свет от люстр и настенных канделябров.
Грандиозный оркестр расположился на балконе и прямо сейчас виртуозно исполнял исключительно веселую музыку, создавая у всех собравшихся благостное настроение. Приглашенные господа занимали одну половину зала. Другая же половина оставалась свободной для выступлений и танцев. Там стоял лишь один-единственный черный рояль.
Статные мужчины рассаживались на диванах и креслах, обитых алым жаккардом со сложным узором. Зажатые в пальцах сигары источали тоненькие струйки белого дыма. Хрустальные бокалы в их руках сверкали при каждом движении. То тут, то там стояли небольшие столики, на которых красовались блюда с закусками и хрустальные кубки, доверху наполненные вином. Слуги не оставляли почтенных господ без внимания, то и дело предлагая обновить напитки в бокалах, а также выполняли любые просьбы гостей.
В самом центре гостевой зоны на длинном диване восседал лорд Громового Утеса собственной персоной в окружении тех трех девиц с дикими глазами, которые еще вчера ублажали в бассейне его младшего сына Нейтона. Сейчас они сидели подле своего лорда, безо всякого стыда что-то сладко шептали ему на ухо. Наряды у них были чрезвычайно откровенными: такие обычно носили жрицы любви в жарких восточных странах.
Увидев эту малоприятную сцену, Кристина свернула в сторону, держась ближе к стене, чтобы находиться от властного лорда и его полуголых наложниц как можно дальше. Было в лорде нечто такое, отчего кровь в жилах девушки моментально стыла. Нечто очень жуткое.
– Мисс Ренард, – встретил ее дворецкий, – вам предстоит выступать сразу после второго танцевального номера. Когда вас представят, выходите к роялю.
– Хорошо. – Кристина учтиво поклонилась мистеру Барнсу и проследовала в дальний конец зала. Туда, где столпилась бóльшая часть девушек, участвующих в представлении.
Вскоре зал наполнился людьми. Все они общались между собой, знакомились, а молодые танцовщицы громко смеялись, заманивая в свои сети кого побогаче. На первый взгляд обстановка была весьма приятная, хоть и нервозная.
Что до Луизы, едва она заметила Кирана Лероя, облаченного в темно-синий фрак, как тут же умчалась к нему, приведя его своим присутствием в полнейший восторг. И хоть Кристина стояла на внушительном расстоянии, она могла видеть, как Киран любуется ее сестрой, рассыпаясь перед ней в многочисленных комплиментах.
Вскоре она увидела в толпе и Нейтона. Пока Кристина медленно огибала зал, он прожигал ее взглядом, безмолвно требуя, чтобы та посмотрела на него. Кристина кожей чувствовала его взгляд. Пристальный, изучающий, настороженный. И по какой-то неведомой причине ей было от этого не по себе. Она даже могла поклясться, что прямо сейчас, глядя на нее, Нейтон ухмылялся, как и всегда, – нагло, дерзко, уверенно. При мысли об этом по коже поползли колкие мурашки, и девушка повела плечами, чтобы скорее от них избавиться.
Сама не понимая зачем, Кристина искала глазами Адриана, нигде его не находя. После недавнего ночного эпизода она все чаще увлекалась мыслями о нем, о его чарующих глазах и манящих сильных руках. Кристина то и дело задавалась вопросом: каково это – быть в объятиях Адриана? При этих мыслях сердце в ее груди начинало биться быстрее, губы немного покалывало, а воздух в легких нагревался.
Она чувствовала между собой и Адрианом какую-то странную особую связь и никак не могла отделаться от этого ощущения. В какой-то момент ей даже показалось, что она сумела оставить позади свой интерес и расстаться с наваждением, однако стоило Адриану показаться в дверях, как сердце Кристины тут же забилось чаще.
Облаченный в белый, скроенный по последней моде костюм, он вошел в толпу, точно божество. И его тотчас окружили восторженные девицы. Кристина никогда раньше не видела такого помешательства: эти девушки разве что не поедали Адриана взглядами, полными похоти. Они кланялись ему, что-то спрашивали, зазывно хохотали, вынуждая обращать на них внимание, но Адриан лишь одаривал их пустым, ничего не значащим взглядом, не произнося в ответ ни слова. Его прекрасное непроницаемое лицо выражало скорее скуку, нежели удовольствие. Казалось, его вовсе не интересует происходящее. Адриан двигался в сторону отдельно стоящего небольшого дивана в самом дальнем уголке зала, оставляя девиц позади и не задерживая взгляд ни на одной из них.
