Пока Кристина шла за ним вопреки воле, она могла слышать лишь собственное сбивчивое дыхание и шелест платья. Ей хотелось кричать и звать на помощь, вот только она понимала, что тем самым подвергнет себя еще большей опасности. Приблизит свой бесславный конец. Никто в этом проклятом доме ей не поможет. Потому что она – одно из тех блюд, что должны подаваться голодным искушенным гостям, созванным на большой пир. Все эти живые красивые девушки здесь нужны не для того, чтобы радовать гостей танцами да песнями. Они нужны для того, чтобы кормить мертвецов своей кровью. И тот, в кого она уже начала влюбляться, на самом деле являлся таким же мертвым чудовищем.
Адриан… Ему не нужно было требовать от нее покорности: Кристина сама подчинялась. Она вела себя смирно и безропотно следовала за ним, опустив голову и едва сдерживая скопившиеся в глазах слезы. Девушка даже не пыталась заговорить и как-то помешать ему исполнить то, что он должен. Она сама нарушила запрет и тайком прокралась на пятый этаж. Она искала правду. И нашла на свою глупую голову. А ведь могла бы оставаться в неведении и, как остальные девушки, наслаждаться всей этой кричащей роскошью. Смеяться, есть и пить, кружиться в веселых танцах. Но теперь поздно. Настал конец. Расплата близка.
Происходящее казалось жутким спектаклем. И Кристина наивно надеялась, что на самом деле это и есть один большой, мастерски организованный розыгрыш на потеху состоятельной публике. Ведь не может реальность быть столь невероятной. Столь безумной.
Стоило им войти в переполненный веселыми гостями зал, Адриан повел Кристину в центр. А затем властно прижал к себе, обжигая яростным взглядом, который не предвещал ничего хорошего. Он приобнял девушку за талию, но при этом старался держать ее на расстоянии, будто ему было неприятно или неловко находиться с ней рядом. Кристина почувствовала, как напряглись его мышцы, когда Адриан закружил ее в танце. От его близости стали гореть щеки, и девушка отвернулась.
Еще недавно она не смела и мечтать о таком, но сейчас ей хотелось вырваться и убежать… Убежать без оглядки, как можно дальше. И главное, спасти несчастную Луизу от страшной участи стать обескровленной жертвой.
Склонившись к Кристине, Адриан прошептал ей на ухо:
– Посмотрите на меня.
И мурашки рассыпались по ее телу. Его незыблемая власть притягивала с неудержимой мистической силой. С ней нельзя спорить, ей невозможно сопротивляться. Вопреки голосу разума Кристина повернулась к Адриану и встретилась с его красивыми, но жуткими мертвыми глазами. При любых обстоятельствах они всегда оставались пустыми, ничего не выражающими и лишенными всяких чувств. Их лед никогда не растопить.
Кристина видела в глазах Адриана холод прошедших веков. Эти глаза впитали в себя смерти невинных жертв, их последние крики, мольбы и рыдания. Ее пробрало ознобом от мысли, что с каждым годом этот взгляд становится лишь холоднее и жестче.
– Сколько же столетий вашим глазам? – тихо спросила она, глядя на Адриана снизу вверх и не отводя смелого взгляда.
– Это неважно, – холодно ответил он, без надобности усиливая хватку на ее талии.
– А наши с Луизой жизни? – с вызовом спросила Кристина. – Тоже не важны?
– Здесь вас не обидят, – ответил Адриан.
Его пленительный бархатный голос до сих пор возрождал в ней бушующий океан чувств. Даже несмотря на то, что ей открылась его подлинная суть. Чудовищная, отвратительная, мерзкая суть кровопийцы.
– Из уст убийцы подобные заверения звучат не слишком-то убедительно, – заметила она, растягивая губы в полуулыбке, в которой сквозила какая-то больная, истерзанная обреченность.
Адриан смерил ее особенно недобрым взглядом. Крылья его носа раздувались, несмотря на то что он вряд ли вообще дышал. По крайней мере, стоя совсем рядом, Кристина не чувствовала его дыхания.
– Мисс Кристина, – решительно сказал он, околдовывая ее, словно обволакивая густым туманом, – вы сейчас же забудете то, что успели подслушать, находясь на пятом этаже.
Кристина отчетливо понимала, что прямо сейчас происходит. Он снова влияет на ее сознание и на память. Адриан уже проделывал это однажды. Она не помнила, когда и при каких обстоятельствах подобное случалось, но чувствовала, что проходила через это раньше. Чувствовала еще не заросшие шрамы где-то в своем мозгу, словно бы в нем некогда больно и очень грубо поковырялись острием ножа.
Теперь происходило то же самое.
Кристина пыталась сопротивляться заклятию. Но в один момент она ощутила резкую головную боль и слабость, разливающуюся по телу. Борясь со своими мышцами, она вспомнила эти ощущения, когда мир вокруг начинает смазываться в одно сплошное серое пятно, а силы растворяются в частичках воздуха.
Пока он пристально смотрел, приказывая ей измениться, стать послушной и покладистой, ноги девушки подкосились, так что она больше не могла кружиться в этом безумном танце. Теперь ее нес на руках Адриан. Она вновь превратилась в безвольную игрушку. Его игрушку.
