Она говорила с таким пылом, чем невольно заворожила сестру. На короткое мгновение Кристине захотелось тоже испытать столь сильное нечеловеческое взаимное влечение. Такую невероятную, почти что сказочную любовь, пусть даже однажды этой любви настанет конец.
Младшая сестра ее опередила. Подумать только!
– Если все так, как ты говоришь, тогда… это удивительно, – прошептала Кристина, принимая новую Луизу всем сердцем. Благословляя ее любовь к Кирану Лерою и желая им только счастья.
– Не волнуйся за меня, дорогая сестра! – Голос Луизы задрожал от нахлынувшей благодарности. Она едва не прыгала на месте, а улыбка не исчезала с ее лица. – Киран замечательный! Внимательный, чуткий, галантный, заботливый!
– Странно слышать подобное о вампире…
– Но ведь так и есть! Киран совсем не похож на своих братьев! Он абсолютно не такой, как отвратительный дамский угодник Нейтон. И определенно не столь высокомерен, как напыщенный павлин Адриан!
При упоминании старшего из братьев в груди Кристины что-то кольнуло. Ей хотелось возмутиться, защитить Адриана, но она не стала. Много ль она о нем знала? Совсем нет. К тому же он по-прежнему продолжал избегать ее.
– Значит, для тебя Киран идеален? – спросила Кристина Луизу, отгоняя мучительную тоску по неприступному мужчине.
– А я точно так же идеальна для него, – уверенно заявила Луиза. – Я и раньше это чувствовала, но после обращения это стало очевидно. Как бы сказали люди, мы предназначены друг другу судьбой. Именно сей факт сыграл решающую роль при дозволении лорда обратить меня. Потому что женщин обычно не обращают, это редкость. Или даже, скорее, привилегия.
– Почему? – изумилась Кристина.
– Из того, что рассказал Киран, я поняла, что вампиры предпочитают заводить непродолжительные отношения со смертными, ни к чему не обязывающие. Обычно это происходит с теми, кто становится их… «любимым блюдом». А «любимое блюдо» нельзя обращать в вампира. Лорд считает, что сильная привязанность – это не повод порождать еще одного хищника. К тому же женщины-вампиры нестабильны, они легко поддаются эмоциям, не терпят жесткого контроля, своенравны, так что зачастую творят всякие глупости. Поэтому далеко не всякий вампир добровольно примет на себя такую ответственность и согласится стать господином новообращенного. Ведь если недоглядеть за неонатом, последствия могут быть самыми худшими.
– Что ж, тогда тебе следует быть аккуратной, чтобы ненароком не подвести Кирана, – понизив голос, сказала Кристина, и Луиза, бросив на нее короткий серьезный взгляд, горячо кивнула.
Как раз тогда, когда сестры условились через пару часов вместе покататься на лошадях, высокие двери особняка распахнулись, и оттуда выпорхнули девицы лорда, коими он был не прочь поделиться с младшим распутным сыном.
Три девушки, облаченные в легкие платья из тончайшего шелка, невесомой походкой спустились по мраморным ступеням и тут же направились к Кристине и Луизе. На лицах красавиц застыли недобрые улыбки. Их суровый взгляд не сулил ничего хорошего.
– Так, значит, это правда, – сказала смуглая черноокая брюнетка по имени Роксана, как только дистанция между девушками сократилась. Сощурившись, Роксана стала рассматривать цвет глаз Луизы, который являлся верным признаком ее вампиризма. – Тебя действительно обратили!
– Поверить не могу! – с досадой воскликнула вторая.
Кажется, обладательницу длинных черных волос и пронзительных синих глаз звали Виктория. Она была самой стройной и высокой из троицы. Встав подле подруг, она приподняла подбородок и с нескрываемой неприязнью воззрилась на Луизу, сложив руки на груди.
Третья же девушка, с копной золотых кудрей, проявила еще большую дерзость: поравнявшись с сестрами, она бесцеремонно схватила новообращенную за подбородок и прошипела:
– Что же Киран в тебе нашел?
– Вот у него и спроси, – сквозь зубы процедила Луиза, смело глядя в злые глаза пшеничного цвета. Она была уверена в том, что они не нападут на избранницу Лероя, а потому вела себя столь же дерзко. К тому же ее нынешнее положение имело более высокий статус и значимость, чем положение этих реципиентов-наложниц, кормящихся вампирской кровью и служащих для плотских утех.
– Отойдите от нее! – вмешалась Кристина, но никто даже не повернулся в ее сторону. Все внимание сейчас было приковано к Луизе.
– Ох, какая смелая стала! – ядовито пропела златовласая Ирэн. – А сначала показалась такой бледной несчастной мышкой. – Она крепче сжала пальцы на щеках Луизы, но та не дрогнула. – Говори, что ты сделала! По какой причине тебя обратили, да еще и так скоро?!
– Я ничего не делала. Просто так сложилось, – отчеканила Луиза, держа гордую осанку. – А теперь отпусти.
– Ну нет. – Ирэн приблизилась к лицу новообращенной, тяжело дыша. Крылья ее носа гневно раздувались. – Я чую подвох. Ты лжешь!
Не выдержав, Роксана бросилась на Луизу и схватила ее за волосы.
– А ну, говори правду!
