Они шли по берегу еще с полчаса. Лорейн уже вспотела. Юбка цеплялась за кусты, мешая движению. Но Лорейн не жаловалась, лишь старалась не отстать от своего спутника.
Наконец егерь остановился.
– Перейдем здесь!
Лорейн с опаской оглядела реку. Здесь течение казалось медленнее, но все же назвать воду спокойной язык бы не повернулся.
– А лучше нет брода? – спросила она.
– Есть, но нам нужно именно это место, – Иван указал рукой. – Видите, там заросли лимонника?
– Лимонника?
– Это лиана, которая оплетает деревья и кусты. Вон виднеются ягоды! Зеленые еще, не то бы вы сразу увидели.
Противоположный берег представлял собой каменистый склон. Выше начинались деревья, но они были опутаны растением, о котором говорил Иван, так плотно, что казалось – другой берег скрывает сплошная стена. Приглядевшись, Лорейн заметила среди листвы зеленые гроздья.
– Как же мы там пройдем? – забеспокоилась она.
– А нам наверх и не надо, только реку перейти.
Лорейн с сомнением покосилась на стремнину, потом – на свои ботинки.
– Обувь не советую снимать, – словно прочел ее мысли егерь. – Дно каменистое, поранитесь.
Продолжая колебаться, она спросила:
– Думаешь, мы не убьемся?
Но Иван лишь обреченно пожал плечами.
– А стоит ли оно того? – усомнилась Лорейн.
– Я бы сам сходил за вас, да не могу.
– Почему? – она внимательнее вгляделась в бородатое лицо.
– Традиция такая. Река – это граница. Если вы перейдете, то тигры примут вашу жертву.
Он говорил это спокойно и серьезно. Лорейн поняла, что ей придется идти до конца. Она нащупала в кармане мешочек с вышивкой, в котором лежали несколько ее безделушек и носовой платок. По словам Павла Алексеевича, его нужно будет промокнуть ее кровью.
Решившись, Лорейн подобрала подол, заправила его за пояс и наконец шагнула в воду. Вода оказалась ледяной! Но размышлять было уже поздно. Глубина здесь была до колен, под ногами скользили острые камни, а течение грозило сбить с ног. Через несколько шагов Лорейн все-таки поскользнулась, но ее тут же подхватила под локоть сильная и уверенная мужская рука.
– Осторожнее, сударыня. Торопиться нельзя.
Пробормотав благодарность, Лорейн продолжила путь. Ноги онемели от холода, по телу пробегала дрожь, заставляя стучать зубами. Но наконец, почти не чувствуя ног, она выбралась на твердую почву.
Медленно выдохнув, чтобы унять дрожь, она повернулась к Ивану. Егерь тоже вышел на берег и осторожно сгрузил козленка, который тут же испуганно заблеял. Иван стал привязывать его к растущему в двух шагах кривенькому молодому деревцу.
Лорейн подняла голову и посмотрела на заросли. Вдруг ей пришла в голову неожиданная мысль. Вытащив из кармана мешочек, она пригляделась к вышивке.
– Здесь лимонник! – удивилась она.
Иван хмыкнул.
– Знающий человек шил.
Он протянул руку.
– Давайте мне!
– Сейчас, нужна еще кровь.
Лорейн вытащила платок и поняла, что позабыла взять иглу или что-то в этом роде, чтобы сделать ранку.
Догадавшись о ее проблеме, егерь вытащил нож.
– Сами сможете, сударыня?
– Конечно!
Она взяла оружие и подставила указательный палец. Но внезапно на нее накатил страх. Умом Лорейн понимала, что ей нужно сделать лишь маленькую царапину, чтобы пошла кровь, но на миг сама мысль причинить себе вред показалась чудовищной. Рука с ножом дрогнула, так и не коснувшись пальца.
Вдруг резко напрягшись, Иван повернул голову и поглядел на противоположный берег, как будто что-то услышал. Лорейн подумала, что запах добычи мог привлечь хищников раньше времени. Но несколько мгновений спустя егерь снова расслабился.
– Что такое? – спросила Лорейн, которая не услышала и не увидела ничего тревожного. Так же жужжали насекомые и жалобно блеял козленок.
– Ничего. Похоже, изюбрь, – ответил егерь.
А потом мягко перехватил ее руку, в которой все еще был зажат нож, и царапнул по пальцу другой руки. Лорейн и охнуть не успела, как закапала кровь. Иван осторожно промокнул ранку платком и положил его в мешочек.
Лорейн смотрела, как он прилаживает подношение на шею козленку, и не знала, злиться ей или облегченно вздохнуть. Но почему-то самоуправство егеря не вызвало злости. Выбрав облегчение, она сказала:
– Все-таки это странно. Что могут понять животные из этого мешка? Просто съедят несчастного малыша и все.
– Вы правы, сударыня. Но вся суть в том, что мы имеем дело не с простыми животными.
С этими словами он указал на реку.
– Нужно уходить. Вы же не хотите встретиться с ними?
По-прежнему продрогшая Лорейн вновь вошла в поток. На этот раз зубы застучали тут же. Ноги еще не успели отогреться и еле шевелились. Сзади доносилось отчаянное блеяние, от которого сжималось сердце. И все-таки обратный переход показался ей легче.
Но, едва она ступила на берег, у Лорейн возникло тревожное чувство, что за ними наблюдают. Однако, сколько она ни всматривалась в просветы деревьев, не заметила ни зверя, ни человека.
Егерь, встав рядом, как-то весь встряхнулся, а потом достал из-за пазухи фляжку.
– Позвольте вам предложить согреться, сударыня? – протянул он напиток ей.
Лорейн заглянула в его прищуренные глаза.
– Вино?
– Водка, сударыня. Глотните осторожно.
