– В самом деле? – произнес он. – Впрочем, у тебя не было братьев… Но неужели работники у вас не скидывают рубашки в жару? Или ты не подглядывала с подружками за мальчиками?
– Леди неприлично видеть обнаженное мужское тело, – повторила она слова своей гувернантки. – У нас так не принято. Даже у слуг.
– А как же полуголые садовники из дамских романов? – усмехнулся Роберт.
Лорейн поняла, что теперь у нее горят даже уши.
– Вымысел, – выдавила она. – Как и все прочее в подобных романах.
– Ладно, оставим эту тему, – сжалился Роберт. – А то боюсь, что тебя хватит удар. Если тебе будет легче, я могу спать в рубашке.
– Нет-нет! – замахала руками Лорейн. – Это лишнее. Прости, что так уставилась! Я просто не ожидала… Совершенно не подумала об этом, когда мы собирались в поездку…
Внезапно Роберт снова приблизился и заключил ее в объятия, прервав поток извинений, и у Лорейн перехватило дыхание.
– Перестань, Лора. Не за что тут извиняться. Неопытность – не порок.
Она посмотрела ему в глаза. Зрачки в них расширились, а синяя радужка переливалась. Тепло его рук уняло нервную дрожь.
«Поцеловать его?» – мелькнула тревожная мысль.
Но Роберт уже отступил.
– С твоего позволения, я ложусь.
Он перешел на другую сторону кровати и улегся на бок, спиной к Лорейн, давая ей возможность переодеться без свидетелей. Она сейчас же этой возможностью воспользовалась и уже в сорочке легла рядом с ним.
– Доброй ночи, Роберт, – прошептала она.
– Доброй ночи, Лора, – ровным голосом отозвался он и погасил свечу на тумбе.
Но на самом деле Лорейн еще долго лежала без сна, боясь пошевельнуться и прислушиваясь к дыханию Роберта. Иногда ей казалось, что он тоже не спит. Эта мысль почему-то волновала ее, заставляя сердце стучать громче. Но рано или поздно усталость взяла свое.
Приглушенный солнечный свет разбудил Лорейн. Открыв глаза, она увидела, что Роберта рядом нет. А откинув занавеску, обнаружила, что солнце уже высоко. Кажется, она в жизни не поднималась так поздно! А ведь все предвещало прекрасную погоду, а значит – приятную поездку. Лорейн не терпелось отправиться в путь!
Одевшись и приведя себя в порядок, она спустилась на первый этаж и нашла Роберта в обеденном зале. В столь поздний для завтрака час здесь было немноголюдно: занято лишь несколько соседних с ним столов. Но трактир явно был рассчитан на большой наплыв посетителей. С трудом протискиваясь между стоящими слишком близко деревянными столами, Лорейн подошла к мужу.
Он указал на расставленные перед ним блюда.
– Все уже остыло. Не ожидал, что ты так поздно встанешь.
– Я и сама не ожидала! – она хотела сесть, как вдруг крупный мужчина за соседним столом обернулся и хлопнул ее по заду.
– Пива неси, красавица! – хохотнул он.
У него было красное лицо с мутноватыми блеклыми глазками, а одежда выдавала охотника. Без сомнения, этот субъект провел в зале всю ночь, накачиваясь спиртным, и теперь слабо различал, кто перед ним.
Лорейн оторопела. А Роберт поднялся с места.
– Что вы себе позволяете, сударь? Это моя жена! Немедленно извинитесь!
Он навис над обидчиком. Но пьяница был раза в два крупнее Роберта, и выглядело это не слишком внушительно.
– Роберт, он пьян, – пролепетала Лорейн.
– Это не оправдание!
– Оу… – пытался сфокусировать взгляд на Роберте мужчина. – Тут уже две девицы!
Он раскатисто захохотал. Сидевший с ним собутыльник поддержал его смех. Лицо Роберта покрылось красными пятнами.
– Я велел вам извиниться перед моей женой!
– Прошу прощенья, не знал, что у девиц бывают жены!
Лорейн с ужасом увидела, как Роберт сжал руку в кулак. И не успела она его остановить, как он размахнулся и заехал обидчику прямо в глаз. Удар был сильным, но даже для самого Роберта стало неожиданностью, когда противник потерял равновесие и с воплем свалился со скамьи.
За сценой уже наблюдали все присутствовавшие в зале. Однако любопытство посетителей было довольно равнодушным. Никто не бросился на защиту пьяницы, чего можно было ожидать в таком месте. Хозяин заведения уже спешил к ним:
– Архип! Тишка! Что за свалка тут!
Пока пьяница поднимался с пола, лицо его наливалось злобой. Роберт смотрел на него, пылая от гнева.
– Полагаю, вы достаточно протрезвели, чтобы принести извинения?
– Не надо, Роберт! Уйдем! – схватила его за руку Лорейн, у которой от ощущения опасности мурашки бежали по спине.
– Ах ты паршивец! – громогласно заорал обидчик и, оттолкнув подошедшего трактирщика, бросился на Роберта с кулаками.
Но его состояние не позволило ему вступить в бой. Запнувшись о скамью, он потерял равновесие и растянулся на полу.
Тут из-за стола поднялся его приятель. У него была черная бородка и низко надвинутая на глаза шапка. Лорейн испугалась: он выглядел столь же внушительно, как их обидчик, но лучше держался на ногах. Схватка с ним могла кончиться для ее мужа плохо.
Но чернобородый сказал:
– Простите, ради бога, милсдарь, милсдарыня! Тишка не хотел вас обидеть. Он малость перебрал. Простите великодушно!
Лицо Роберта еще дышало злостью, но он с достоинством кивнул, принимая извинения. Он взял Лорейн за руку и поспешно вывел из зала.
