В уголках губ Роберта дрогнула улыбка, но не насмешливая, как часто у него выходила, а ласковая.
– А знаешь что? Ведь Владимиров живет не очень далеко отсюда. Я мог бы тебя ему представить. Уверен, он помог бы найти применение твоему таланту.
– Так ты с ним знаком? – от удивления Лорейн едва не выронила драгоценный альбом и в волнении вцепилась в него. По спине у нее побежали мурашки.
– Я видел его один раз в университете. Он проводил лекцию для всех желающих и рассказывал о своих книгах. Не думаю, что он меня запомнил, но знакомство состоялось – этого достаточно.
Он пожал плечами.
– И ты хочешь вот так запросто явиться к нему в дом? – теперь Лорейн ощущала уже какое-то лихорадочное покалывание в пальцах, будто им не терпелось нарисовать что-нибудь под руководством знаменитого путешественника.
– Я думаю, что попытаться стоит. Конечно, это нарушение приличий, но мы ведь придем по делу! Иногда, если хочешь чего-то добиться, нужно проявить настойчивость.
Лорейн не могла вымолвить ни слова. Из уст Роберта это звучало так просто и вполне выполнимо, в то время как в ее голове прежде ботаническая иллюстрация была далекой и несбыточной мечтой.
– А ты думаешь, ничего, что я… – от волнения язык едва ворочался во рту. – Ничего, что я женщина? Ведь это настоящая работа!
Роберт недоверчиво дернул плечами, но задумался.
– Может потребоваться разрешение мужа, то есть мое, но я ведь не против. Все зависит теперь от мнения самого Арсения Клавдиевича. А что касается общественного мнения…
Он окинул взглядом едва дышавшую жену и улыбнулся.
– Полагаю, я достаточно подпортил репутацию фамилии Эрдман, чтобы ты могла позволить себе любые чудачества, – он сделал широкий жест рукой.
И вновь будто тепло растеклось по венам Лорейн.
– Как это любезно с твоей стороны! – ответила она на улыбку, стараясь не думать о том, что он мог такого вытворять.
Это было не важно сейчас, когда Лорейн ясно увидела дорогу к своей мечте. Надежда окрыляла ее и возносила над земными проблемами.
После полудня они остановились в небольшом трактире на перекрестке трех дорог, чтобы пообедать. Он назывался «Золотой рог» и по виду напоминал большую избу с высоким крыльцом. Как объяснил Роберт, им нужна восточная дорога, к морю, а западная ведет «на Хабаров». К удивлению Лорейн, трактир был совмещен с почтовой и телеграфной станцией.
– Ведь здесь нет города и даже деревни не видно, зачем здесь почта? – спросила она у Роберта.
– Сюда приходят со всех окрестных деревень, чтобы отправить письмо или телеграмму. Связь есть лишь в больших городах, и это отделение очень выручает тех, кому слишком далеко добираться до Ладивостока. А приезжие могут остановиться здесь на ночлег, чтобы назавтра отправиться в город.
Хозяин заведения встретил их как дорогих гостей и провел в чистый зал на втором этаже. Но даже поглощая невероятно свежих перепелок и наваристый суп, Лорейн слышала, как на первом этаже стучали, пищали и трезвонили телеграфные аппараты.
Насытившись, Лорейн выглянула в широкое окно. Оно выходило не на дорогу, по которой они приехали, а на лес. Трактир устроился на возвышении, конюшни и пристройки стояли чуть в стороне, и, глядя сверху, Лорейн казалось, что она посреди бескрайнего зеленого моря. Внизу дыбились волны леса, а послеполуденное солнце ласково разливало на них золотистый свет…
Вскоре путешественники продолжили путь. Дорога стала хуже: Лорейн и Роберта мотало из стороны в сторону, пока экипаж петлял между сопками, трясло вверх-вниз, когда он поднимался на одну из них, а потом спускался…
Однако не прошло и часа, как повозка внезапно остановилась. Лорейн поймала на себе взгляд Роберта. Он хитро улыбнулся и сказал:
– Кажется, мы приехали!
Приехали? Но ей было обещано длительное путешествие, полное опасностей, не могло же оно так быстро окончиться!
Роберт подал Лорейн руку, предлагая выйти на улицу и от души наслаждаясь ее замешательством.
– Где мы? – спросила она, выбравшись из экипажа.
Вокруг были все те же покрытые лесом сопки. Ни жилья, ни тропы, вообще ничего, что могло бы привлечь внимание и объяснить остановку. Лишь небольшое расширение дороги, позволившее остановиться, не мешая движению (которого, впрочем, не наблюдалось – дорога была пустынна). По-летнему завывали цикады, и пчелы роились над цветами у самой дороги.
– Я решил сделать тебе сюрприз! Это, – Роберт указал на холм перед ними, – Каменная сопка. Именно на ней лежит Расколотый камень.
– Сюрприз удался! – отозвалась Лорейн.
Подумать только, он запомнил ее идею посетить это место! А ведь она лишь вскользь о нем упомянула, когда рассказывала про легенду Птичьей скалы.
Их взгляды встретились.
– Хочешь подняться и посмотреть? – вопрос был лишним: конечно же она хотела!
Роберт отдал приказ лакею и кучеру ждать их здесь, но Савва отозвал хозяина в сторону и что-то взволнованно заговорил. Лорейн несмело подошла.
– Что-то случилось?
– Савва говорит, что часа через два будет гроза, но я уверен, что мы успеем вернуться, – сказал Роберт, оглядывая голубое небо с редкими мазками облаков.
Кучер проворчал:
