Он оказался прав: Лис сразу ее узнал. Он принялся лизать ей руки и лаять, так что перебудил всех собак. Обливаясь слезами, Лорейн обнимала его и гладила, но знала, что снова не сможет взять верного друга с собой.
Она просидела с Лисом до утра, почесывая его за ушами и размышляя обо всем происходящем. В какой-то момент ей даже захотелось остаться здесь. Не возвращаться к сложным отношениям с Робертом, не выспрашивать у отца об Эшли, не переживать, что полиция поймает Ивана. Сделать вид, что ничего не было. Но воспоминания о том Роберте, который показывал ей водопад и спасал от бандитов, который привез ее к Владимирову и разводил с ней костер, который целовал ее и любил на берегу моря… она не могла похоронить их под мыслями о его перекошенном от гнева лице, красных глазах и дрожащих губах. Нет! Она должна вернуться и хотя бы попытаться все исправить. Ей нестерпимо было знать, что пока она дома в тепле и уюте, с родными, Роберт остался совсем один. И едва стало светать, как Лорейн попрощалась с Лисом, вернулась в дом и разбудила мать.
Экипаж замер. Ванесса с обычной высокой прической, волосок к волоску, повернула голову к дочери и несмело произнесла:
– Все же на пароходе было бы надежнее.
– Все будет хорошо, – взяла ее за руку Лорейн.
– А если не будет? Если… ничего не выйдет? – в глазах матери стоял страх.
– Значит, такова судьба, – выдавила Лорейн и поспешила сойти на землю.
Она быстро пошла по знакомой тропке, чтобы скорее покончить с этим. Ванесса спешила следом, больше уже не отговаривая.
Дорожка забирала вверх, но у Лорейн сбилось дыхание не от подъема, а от волнения. Когда они были уже наверху, она подняла голову и вдруг увидела, что на ее любимом месте кто-то стоит. Мужская фигура показалась ей знакомой, а в следующий миг человек обернулся.
– Иван?! – изумлению Лорейн не было предела.
– Что такое? Кто это? – испуганно спросила мать, крепко вцепившись пальцами ей в плечо.
– Здоровьица, барыня! – поклонился егерь, в густой бороде пряталась улыбка. – И вам, сударыня, доброго утра!
Он, конечно, говорил по-тусски, но Ванесса сказала дочери на ританском:
– Кто этот человек?
– Это Иван, тот самый егерь, о котором я тебе рассказывала, – быстро проговорила та.
– И как он сюда попал?
– Я не представляю.
Лорейн сделала пару шагов к Жданову. На самом деле ей хотелось обнять его, она и не подозревала, насколько соскучилась по нему. Но тут же смутилась своим мыслям: обниматься со слугой – что за странное желание?
– Я рада тебе, но как ты здесь оказался?
Пока они с матерью переговаривались по-ритански, он молча хмурился, а теперь снова улыбнулся.
– Я ведь все легенды знаю. Я знал, куда Птичья скала ведет, и пришел за вами.
На краю сознания мелькнуло смутное подозрение:
– Как ты узнал, что я была у Птичьей скалы? Ты следил за мной?
Егерь смутился и опустил глаза.
– Я прятался неподалеку от «Марины» и иногда узнавал, как вы поживаете.
– Но почему ты мне не показывался? – Лорейн захлестнули обида и горечь.
Ей было так тяжело одной в «Марине», дружеское плечо ей бы не помешало! А он прятался от нее, но следил, будто сумасшедший поклонник!
– Боялся я, барыня, – промямлил он, – что слуги ваши меня сдадут в управление. Да и вас не хотел снова перед Робертом Палычем подвести.
Конечно, это было разумно, но у Лорейн все равно руки сжались в кулаки. Она с трудом выдавила:
– Ну а сейчас зачем ты здесь?
Он поднял лицо.
– Чтобы помочь вам вернуться назад. Я решил: вдруг вы и не знаете, что можно назад тем же путем…
– А может, я и не собираюсь возвращаться! – выпалила она.
Егерь оглядел площадку, леди Бриголь и Лорейн и сказал:
– А зачем тогда пришли?
Она промолчала и посмотрела на мать. Но Ванесса не сводила глаз с Ивана, будто забыв о том, зачем они пришли.
– Мама?
Она словно и не услышала, зато Иван сказал:
– Простите меня, барыня! Я вас обидеть ничем не хотел. Боялся только, что ежели покажусь, то новую беду накликаю.
Умом Лорейн понимала, что он правильно сделал, что не пришел в «Марину», она сама удивлялась своей злости. Похоже, он значит для нее больше, чем она думала…
– Боже мой… – вдруг прошептала Ванесса по-тусски, глядя на Ивана. – Это ты?
Лорейн смотрела на мать, но все же заметила боковым зрением, как он покачал головой.
– Обознались, сударыня, – тихо ответил он, глядя ей прямо в глаза.
На мгновение в воздухе повисло напряжение, Лорейн кожей ощутила его. Никто не двигался, лишь Ванесса и Иван смотрели друг на друга.
Мать первой вышла из оцепенения и поправила прическу.
– И верно, простите!
Но Лорейн ни на секунду не поверила ее взволнованному голосу.
– Полно, бывает, – опустил глаза Иван.
– Что происходит? – не выдержала Лорейн.
Но егерь безразлично пожал плечами.
– Ничего, ничего, – пробормотала Ванесса на ританском, стряхивая с юбки несуществующие пылинки. – Я ошиблась, вот и все. Этот мужчина напомнил мне старого знакомого.
Лорейн даже представить себе не могла, где ее мать – жена ританского лорда – могла бы встретить простого тусского мужика. Однако было очевидно, что она лжет и эти двое уже встречались.
