Лин не возражала. В этом не было смысла: ее дед поступил бы по-своему, как всегда. Однако она обрадовалась, увидев Кела. Он улыбался уже знакомой ей, немного искусственной улыбкой. Это из-за того, что он постоянно играет роль и не имеет возможности побыть самим собой, размышляла она. Все его жесты, взгляды, слова были рассчитанными и тщательно взвешенными, как товары на рынке.
– Не думал вас здесь увидеть, – заговорил Кел, склоняясь над ее рукой.
Лин решила, что это все-таки неплохой обычай. Кел прекрасно выглядел в своем темно-зеленом бархатном фраке с золотыми пуговицами в виде цветочков. Настоящий придворный. Зеленый, цвет Мараканда, для маракандского кузена принца, подумала Лин.
– Мой дед счел, что мне следует узнать немного больше о людях, которые окружают его целыми днями.
Кел приподнял брови.
– Но не задержался, чтобы представить вас этим людям?
– Мне кажется, вы не удивитесь, – улыбнулась Лин, – узнав, что, по его мнению, лучший способ научить ребенка плавать – это оставить его на глубине, там, где не достать до дна.
– Согласен; здесь опасно, как в открытом море среди акул, – кивнул Кел.
Проследив за его взглядом, она поняла, что он смотрит на Антонетту Аллейн, одетую в потрясающий туалет из сине-зеленого шелка, творение Мариам. Аристократка разговаривала с маленькой принцессой из Сарта, Луизой, и ее телохранителем, высокой, грациозной, сильной женщиной с блестящими темными волосами. Лин не удивилась. За короткое время, проведенное в обществе Антонетты, она успела узнать, что эта молодая дама не теряется в трудной ситуации, особенно когда нужно кому-то помочь.
– Значит, это и есть девочка, предназначенная в жены принцу, – медленно произнесла Лин. Наконец-то она увидела Луизу, которую так бранили горожане: фальшивку, подсунутую лживым Сартом, никому не нужную маленькую принцессу. – Бедный ребенок.
– Надеюсь, в вашем сердце найдется немного жалости, – тихо ответил Кел, – для них обоих.
Лин бросила быстрый взгляд на принца, который не пошевелился с того момента, как она вошла в зал. Сначала она думала, что он подойдет и поприветствует ее, но быстро поняла, что этого не будет. Он был занят разговором со своими друзьями – с троицей, чьи имена Майеш только что назвал ей. Фальконет. Монфокон. И Роверж.
