Ловушка для сердцееда (СИ) полностью

И, наконец, костюмы. Личный портной Леонарда, вдохновленный масштабом события, создал нечто выдающееся. Фрак для Леонарда был безупречного кроя, из ткани глубокого синего оттенка, напоминающего ночное небо перед рассветом, с едва заметной серебряной нитью, вытканной в виде схемы парового двигателя по лацканам и манжетам. Это был наряд властителя будущего.

Но главным сюрпризом стал костюм Армана. Леонард настоял на особой пышности и богатстве отделки.

«Ты — лицо нашего будущего, кузен, — сказал он, когда Арман робко попытался возражать против излишеств. — И будущий жених. Ты должен сиять.» Костюм Армана был светлее, цвета молодого дуба, с золотым шитьем, намекающим на виноградные лозы и солнечные лучи. Он подчеркивал его молодость, благородство и ту самую «новую жизнь», что он строил на своих землях. Надев его на первую примерку, Арман смущенно покраснел, но в глазах его горело волнение и счастье. Он выглядел как истинный наследник процветающего рода, готовый к своему счастью.

Три дня. Три коротких, бесконечно долгих дня отделяли поместье Вилларов от вечера, который должен был навсегда изменить его судьбу. Замок сверкал чистотой, светился изнутри пробными огнями, гудел последними приготовлениями. Воздух трепетал от предвкушения. Леонард Виллар, стоя на балконе и глядя на освещенные новыми лампами сады, где уже танцевали разноцветные фонтаны, чувствовал лишь одно: сцена готова. Скоро занавес. И главная героиня его будущего должна была выйти на нее. Он мысленно перебирал имена гостей, уже сказавших «да», надеясь, надеясь изо всех сил, что среди них скоро будет одно имя — Елена де Вальтер.

Третий день перед балом выдался на редкость солнечным и ясным, будто сама природа отполировала небо для грядущего события. Леонард нервно прохаживался по кабинету, просматривая все тот же бесконечный список дел, но мысли его витали далеко — он ждал. Ждал одного-единственного ответа, который мог вознести его на вершину блаженства или низвергнуть в пучину отчаяния.

В дверь осторожно постучал Пьер. В его руке был конверт. Не просто конверт — он был из плотной, чуть мерцающей серебристой бумаги, с изящным, узнаваемым росчерком адреса. Леонард замер, сердце его гулко стукнуло о ребра. Пьер протянул конверт без слов, но в его глазах читалось понимание всей значимости момента.

Руки Леонарда дрожали, когда он разрывал бумагу. Он вытащил карточку — ту самую, элегантную, с именем Елены де Вальтер. Его взгляд упал на короткую строчку внизу, написанную тем же холодным, безупречным почерком:

«Графиня де Вальтер с признательностью принимает приглашение Дома Вилларов на бал 15 сего месяца».

Больше ничего. Ни любезностей, ни пожеланий. Но этих слов было достаточно. Она придет.

Воздух вырвался из легких Леонарда громким, счастливым вздохом, переходящим в смех. Он сжал карточку, поднял глаза к потолку, и его лицо озарилось таким чистым, безудержным счастьем, какого не видели даже слуги, помнившие его прежние, легковесные победы. Его Ледяная Королева сказала «да»! Его будущая жена ступит на порог его дома! Радость была столь всепоглощающей, что он едва не опрокинул чернильницу, порываясь вскочить и закричать на весь замок.

Первая, безумная мысль — цветы. Огромные, небесные, самые редкие орхидеи! Отправить ей немедленно! Завалить ее дом! Но рука, уже потянувшаяся к звонку, замерла в воздухе. Нет. Нет, это был путь прежнего Леонарда. Путь легких побед и мимолетных увлечений. Елена была иной. Она требовала не юношеского порыва, не показной страсти, а серьезного ухаживания. Уважения. Терпения. Она оценит не груду цветов, а значимость самого факта ее согласия. Он должен был выждать. Должен был встретить ее на балу не как взволнованный юнец, а как достойный кавалер, хозяин этого грандиозного вечера, организованного для нее, пусть она об этом и не догадывалась.

«Спасибо, Пьер, — голос Леонарда звучал глубже и спокойнее, чем можно было ожидать, глядя на сияние в его глазах. — Это… лучшая новость.» Он бережно положил карточку в верхний ящик стола, как драгоценную реликвию.

Теперь, когда главная цель была достигнута, энергия требовала выхода. Он вспомнил о сувенирах. Надо было срочно решать!

Жак и Мари были вызваны в кабинет. Арман присоединился, все еще под впечатлением от своего нового костюма.

«Итак, сувениры, — начал Леонард, его энтузиазм теперь направлен в практическое русло. — Что-то, что запомнится. Отразит дух вечера, дух «Преобразователя». Практичное, но с изюминкой. И… увы, не сыр «Ла Шене» и не вино — производство еще не запущено.»

Жак почесал затылок: «Может, миниатюрные модели паровой машины? Но ковать их долго и дорого…»