Прощание с гостями превратилось в триумфальное шествие. У дверей Пьер и слуги вручали каждому отъезжающему изящные бархатные коробочки — те самые волшебные шкатулки Анри. Восторженные возгласы, ахи, благодарности:
Леонард ловил восхищенные взгляды, благодарные кивки. Бал удался на славу. Не просто развлечение, а заявление о новом Графе Виллар. Прогрессивном, щедром, умном. И главное — без единого намека на скандал. Только свет, музыка, удивление и надежда на будущее.
Когда карета Елены де Вальтер скрылась за воротами, унося с собой главный предмет его мыслей и чувств, Леонард почувствовал невероятную усталость, смешанную с глубочайшим удовлетворением. Он обернулся и увидел Армана, стоявшего рядом. Кузен выглядел так же утомленным, но в его глазах светилось то же тихое ликование — за Элоизу, за приглашение герцога, за будущее Ла Шене.
Ни слова не было сказано. Они посмотрели друг на друга, и все было понятно. Два воина после выигранной битвы. Леонард протянул руку. Арман крепко пожал ее — братски, по-мужски, со всей силой признательности и общего понимания пройденного пути. Плечом к плечу они молча развернулись и пошли внутрь замка, оставляя сияющий, но опустевший бальный зал и затихающие фонтаны. У каждого была своя комната, свое ложе, и сил на разговоры уже не оставалось.
Леонард сбросил камзол, с наслаждением растянулся на огромной кровати. Тишина замка, наконец наступившая, оглушала после многоголосого гама бала. В голове проносились картины вечера: сияние фонтанов, восторженные лица, ее серебристое платье в лунном свете… Елена. Ее согласие на танец. Ее вопросы о школе. Искра интереса в глазах при обсуждении приюта. Ее «я обдумаю это». Он смог. Смог достучаться. Смог показать себя другим. Дан шанс. Главное теперь — не спугнуть. Не оплошать. Двигаться осторожно, как по минному полю.
Но под слоем усталой эйфории и надежды копошилось другое. Ее тайна. Тот странный, отрепетированный рассказ о смерти Гаспара. Боль в глазах, но не от потери любящего мужа. От чего же? Страха? Вины? Что скрывает Ледяная Королева за своими новообретенными проблесками тепла? Он должен это узнать. Иначе все здание доверия может рухнуть в одно мгновение.
И это чувство… дежавю. Когда она нервно поправила прядь волос во время их серьезного разговора о приюте… Этот жест. Такой простой, человеческий. Где-то он это уже видел. Не здесь. Не в этом веке…
Сон навалился как черная волна.
«Он не в замке. Он в лифте "КиберНексуса", стремительно несущемся вверх. Стеклянные стены открывают вид на город-гигант 2025 года. Рядом с ним — она. Лия. В своем простом синем платье, с волосами, собранными в небрежный хвост. Она не смотрит на него. Она смотрит вниз, на огни города, завороженно и… грустно. Ее пальцы нервно теребят прядь волос у виска. Тот самый жест.»
