Вернувшись к Шамовской больнице, погруженной в темноту (горел свет только в оконце, в левом крыле здания, где размещалась каморка сторожа), Василий с опаской наблюдал за тем, что происходит вокруг. Ничего такого, что могло бы дать повод отказаться от первоначальных намерений. Пустынно и мрачно. Только внизу, там, где вперемешку с каменными строениями размещался частный сектор, ночную благость будоражили собаки своим беспрерывным и вялым лаем.
Отбросив в траву недокуренную папиросу, Хрипунов подошел к зданию. Одно из окон оказалось незакрытым. Приоткрыв раму пошире, он пролез в помещение и, оказавшись в длинном мрачном коридоре, повернул к лестнице. Поднявшись на второй этаж, где размещался кабинет доктора Усачева, в полутьме отыскал нужную дверь. Достав из кармана ворох ключей, принялся подбирать нужный. Наконец бородка одного из ключей зацепилась за часть запорного устройства, осталось приложить усилие. Хрипунов крутанул посильнее, и внутри замка раздался щелчок. Толкнув дверь, он прошел в кабинет. С правой стороны стола лежала медицинская карта больного Хрипунова В. А. Пролистав ее, Василий недовольно хмыкнул: «Это надо же столько понаписать! С такими диагнозами не то что начальником охраны, даже в сумасшедший дом не возьмут». Сложив медицинскую карту вдвое, Хрипунов сунул ее в карман. Открыв деревянный шкаф, где также хранились остальные медицинские карты, он уложил их в припасенную холщовую сумку.
Пусть теперь разбираются!
Василий хотел уже было выйти наружу, как услышал звук приближающихся шагов. Рука скользнула в карман пиджака, а пальцы привычно вцепились в прохладную рукоять пистолета. Шаги остановились точно напротив кабинета. Приготовившись к худшему, Василий извлек пистолет и направил его на дверь. Вот сейчас она распахнется, и… Но неспешные шаги возобновились, а еще через минуту, уже плохо различимые, они глухо раздавались в конце коридора. «Кому-то этим вечером очень сильно повезло», – подумал Хрипунов, пряча оружие в карман.
Некоторое время он выжидал, а потом вышел в коридор и бесшумно спустился по лестнице. На первом этаже, в самом дальнем углу коридора, через приоткрытую дверь на пол мягко сочился свет от тусклой лампы. Толкнув оконную раму, легко поддавшуюся, Хрипунов ощутил на своем разгоряченном лице свежесть ночной прохлады и глубоко вдохнул, а потом ловко перелез через проем окна и оказался на серой полоске асфальта.
В этот день Василий решил домой не идти (Надя тоже собиралась погостить у подруги, дочь обещала оставить у матери) – решил заглянуть к Вале с Калуги, которую он навещал раз в неделю. Кроме романтических отношений Хрипунова, с Валюхой связывали вполне прагматические отношения: она нередко давала ему хорошие наводки. За услугу многого не требовала, каких-нибудь пару золотых безделушек, что Хрипунова вполне устраивало.
Калугина гора – место опасное. Не каждый сюда сунется, в особенности вечерами. Но Хрипунова в слободе знали хорошо, что не мешало быть настороже – проходя через овраги, он никогда не вынимал руку из кармана, в котором лежал вальтер. Дальше коротенькая улица, упиравшаяся в заросшую балку. В самом низу – знакомая бревенчатая хата с крыльцом, окрашенным в синий цвет. Негромко постучавшись, вошел в избу. Навстречу вышла Валентина в коротком халате.
– Ты почему дверь не закрываешь?
– Потому что тебя ждала, – ответила Валя, обхватив Хрипунова руками. – Как же я по тебе соскучилась, Васенька. – Чуть отстранившись, посмотрела ему в лицо. – И как это тебя Надька отпустила, такого красавца? Она ведь у тебя такая ревнивая!
– Значит, доверяет.
– И чем мы с тобой займемся? – лукаво поинтересовалась Валентина.
– А ты, стало быть, не догадываешься, – хмыкнул Хрипунов.
– И вот прямо так, без угощения? Надо сначала за девушкой поухаживать, а уже потом что-то предлагать.
– Как же ты мне нравишься, девонька. Возьми, там много чего, – протянул он сумку. – Водка, вино, конфеты, шоколад, колбаса копченая… Надеюсь, что угодил.
…Через оконца в комнату проникал утренний свет, освещая горницу. Василий закурил и пустил струйку дыма в потолок.
– Там еще что-нибудь осталось? – спросил Хрипунов, посмотрев на Валентину, лежавшую рядом. Поспать так и не удалось, но усталости он не ощущал.
– Полстакана водки будет. Тебе принести?
– Да. Захвати какой-нибудь еще колбаски на закусь и хлебца.
Женщина легко поднялась и, не стесняясь наготы, направилась к столу и принялась накладывать на тарелку нарезанную колбасу, соленые огурчики, хлеб, куски мяса. Сюда же на тарелку поставила стакан с водкой. Василий с удовольствием разглядывал фигуру Валентины. Не красавица, конечно, по бокам накопились излишки, да и ноги могли бы быть постройнее, но зато груди что надо! Есть за что подержаться.
Валентина принесла тарелку с угощениями.
– Ешь, мой родненький.
Выпив водку, Хрипунов принялся закусывать.
– Водка как вода прошла, даже не почувствовал ничего, как-то мимо мозгов.
– Закуска хорошая. Вот и не заметил.
– Возможно… Ты сказала, что у тебя богатая хата на примете есть?
