Андреас тут же убрал руки, а потом опустил свои глаза и кашлянул.
– Об этом дома поговорим. И для этой темы найдем время.
Я даже рот приоткрыла от удивления:
– Как ты это делаешь? Как ты читаешь мои мысли?
– Дело в тебе, Хлоя, – пожал он плечами. – Твои эмоции такие выразительные и… бесхитростные, что ли. Каждая из них отражается на твоем лице, в мимике, в румянце, в глазах. Я просто вижу.
Когда Дрей зашагал дальше, я огляделась и поняла, что мы уже на территории академии. И как я раньше этого не заметила? Ким ушла далеко вперед, скорее всего, мечтая оказаться в собственной постели как можно быстрее. Совсем растерянная, я посмотрела в спину капитана, а потом вскрикнула, зажав рот рукой. Андреас тут же обернулся:
– Что?
– Ты ничего не замечаешь? – дрожащими губами произнесла я.
– Нет, а что?
– Между нами расстояние никак не десять метров.
Лицо Андреаса застыло, и никак нельзя было понять, какие мысли его при этом одолевают. Нечестно. Я вспомнила тот момент, когда маг-отступник оттеснял меня все дальше в лес, когда мои друзья стали лишь фигурами вдали. Я в ту минуту даже не обратила внимания на то, насколько далеко отошла от Дрея.
– Что-то изменилось, – прошептала я и в этот миг не могла сказать точно, нравилось мне это или нет.
Некоторое время мы просто молча взирали друг на друга, и каждый думал о своем. Я бы многое отдала, чтобы узнать, что происходило в голове Дрея. Если бы кто-нибудь всего несколько дней назад сказал мне, что мысли Андреаса будут так много для меня значить, я бы, наверное, рассмеялась этому человеку в лицо. Но сейчас сердце замирало от ужаса при мысли о том, что Дрея может обрадовать возможность избавиться от меня.
На миг выражение его лица изменилось, будто тень пробежала, я затаила дыхание.
– Пойдем домой, – сказал Дрей, – холодно.
И так тепло мне стало от этих слов, так радостно. Я понимала, что скрывать перемены от магистров будет неправильно, но никто же не заставляет нас докладывать им о случившемся именно сейчас. Улыбку сдержать не получилось – я быстро опустила голову, но Андреас, кажется, все равно заметил.
В башне, после горячего душа, я облачилась в мягкую пижаму и завернулась в толстый плед, а потом, пока ждала Дрея из ванны, достала из сумки припрятанное печенье. Отчего-то душа была не на месте. Я чувствовала себя взволнованной настолько, что усидеть на одном месте стоило мне немалых усилий.
– Как же глупо, Хлоя, – буркнула я самой себе, – вокруг царит хаос, и академию могут закрыть. Ты потеряешь дом! А чем занята твоя голова?
Было стыдно и неловко, но волей-неволей в мыслях я все равно возвращалась к исчезнувшей между нами связи. И когда все успело так перемениться?
– Подведем итоги? – раздался голос прямо надо мной.
Я вздрогнула и подняла голову, плед сполз с моих плеч. Андреас обошел кресло, встал прямо передо мной и совершенно обыденно, будто делал это уже не раз, аккуратно завернул меня снова. Он сел в кресло и бросил взгляд на печенье в моей руке.
– Будешь? – спросила я, не сводя глаз с лица Андреаса.
– Буду, – кивнул он.
Не знаю, что со мной происходило сегодня, но даже делить с ним лакомство было особенно приятно. Я даже головой мотнула, понимая, что все это сейчас более чем неуместно. Нахмурилась, прокашлялась, протянула Дрею печенье и приготовилась слушать. Но вместо того, чтобы рассуждать самому, он предложил высказаться мне. Я немного растерялась:
– Даже не знаю… Всего так много и разом… Есть наследники и ф-фол… фолиант. – Выговорив это слово, я удивилась. Почему же раньше не получалось? Заклятие не отменено, и, по идее, я не могла ни с кем обсуждать то, что узнала от наследников. Что изменилось? Я посмотрела на Андреаса, и в голову пришла только одна мысль. Он уже знал суть того разговора, он догадался сам, опираясь на мои намеки. Значит, с ним я уже могу говорить открыто? – Книга, внутри которой сидит… дух, способный довести задуманное Виннесом до конца.
Андреас слушал меня, глядя на пламя, пляшущее в камине. Он разжег его сам, не желая прибегать к магии. Выслушав мои слова, Дрей кивнул, и я продолжила, аккуратно выговаривая слова и вновь убеждаясь, что могу говорить свободнее:
– Вот тут возникает вопрос: дух был помещен в книгу до или после того, как наследники и Виннес сговорились? То есть я хочу сказать, как давно они сотрудничают? Насколько я поняла, хаоса жаждут и те и другие. Но, как по мне, цели у них все же разные.
– Согласен. – Дрей нахмурился. Он откинулся на спинку кресла и на некоторое время затих. – С Виннесом все более или менее понятно. Он зол, обижен, словно ребенок. Ему нужно реализовать свои амбиции. Изгнание из академии было сильным ударом, если обратить внимание на то, что вот уже двадцать лет он не может забыть эту обиду.
– Получается, это банальная месть? – озвучила я возникший тут же вопрос.
