– Ты что опять делал в шкафу? – Теабран закачал сына на руках, как грудничка, и перенёс на кровать.
– Мне было ст-ашно, – мальчик грустно посмотрел на отца.
– Что тебя испугало? – Теабран поправил под головой сына подушку.
– Бабушка Улисса сказала, что дядя Осе пр-ридёт и убьёт тебя.
– Она так и сказала? – нахмурился король, пообещав себе, что утром же поговорит с мерзкой старухой.
– Да, – кивнул Дункан, и губки его задрожали. – Она сказала, что он отр-р-рубит тебе голову и р-руки, а тело б-йосит в Змеиную яму. И с мамой это сделает, и со мной. Мы ведь не умрём?
У Теабрана всё внутри переворачивалось, когда он наблюдал, как борется со слезами его маленький испуганный сын, а сердце наливалось кипучей злобой против седой, высушенной, как вобла, заразы, которая его пугала. Сама седая, высушенная, как вобла, зараза сейчас лежала на пуховой перине в покоях дальше по коридору и видела приятный сон о той поре, когда была молода и, только по её мнению, прекрасна. Прийти бы к ней в покои и окатить ведром смолы. Пусть отмывается потом, старая дура!
– Нет-нет, конечно нет, – король наступил на горло своей ярости и попытался скорее успокоить напуганного ребёнка. – Ты маме об этом говорил?
– Нет, – Дункан печально повертел головой, – У неё опять закрыто.
– А Ройс?
Дункан потупил взгляд, и личико его в слабом свете толстой ночной свечи стало совсем уж исполненным такой вселенской печали, что Теабран почувствовал, что сам сейчас начнёт шмыгать носом.
– Ройс пьёт, – вздохнул мальчик.
– Понятно, – сжал губы король. Значит, тишина в покоях всё-таки была плохим знаком. – Ладно, – он погладил кудрявую головку. – Ты спи. Никто никого не убьёт, я не позволю. А если твоя бабушка будет говорить тебе что-то другое, сразу беги ко мне, хорошо?
Дункан кивнул, но легче ему не стало.
– И не надо больше спать в шкафу, хорошо? – Теабран нежно ущипнул сына за щечку. – А то придёт Ройкен – кусь тебя за ножку! – и утащит под кровать.
Теабран защекотал сына за пятку, имитируя маленькие зубки хвостатого любителя полакомиться детьми.
– А я ему «Чур-р-чур-р!» скажу, и он уйдёт, – заулыбался ничуть не напуганный возможностью быть съеденным мальчик.
– Конечно, уйдёт, – отец в этом не сомневался.
– Расскажи мне что-нибудь, – спросил Дункан, когда Теабран снова завернул маленького борца с домашней нечистью в одеяло.
– Что рассказать?
– Сказку.
– Я не умею рассказывать сказки. Это твоя мама умеет.
– Ну, пап, – заклянчил ребёнок.
– Ладно-ладно, – Теабран призадумался. В голову ничего путного не шло, кроме страшилок, которыми сдабривала большую часть его детства Улисса, развив в будущем короле множество самых настоящих фобий, но делать из собственного ребёнка параноика ему совсем не хотелось. Спустя минуту раздумий ему вспомнилась только одна история, рассказанная старой кормилицей.
– Дункан, – спросил он осоловелого сынишку, – а ты знаешь, почему люди спят?
Мальчик повертел головой.
– У-у.
– Это из-за Лунных Крыс, – авторитетно заявил отец.
– Лунных Крыс? – скептически нахмурилась заинтригованная мордочка.
Теабран кивнул.
– Самых настоящих Лунных Крыс. Живут они во-он там, на Луне, – он указал пальцем в окно на огромный лунный диск. – Видишь серые пятна? Это их норы. Живут они большими кланами, и норы у них большие, по всей Луне.
Мальчик привстал на кровати и посмотрел в окно, стараясь разглядеть вышеописанные огромные норы на лунной поверхности.
– Крысы добрые и большие. Каждую ночь младшие крысы, которые никогда не покидают Луну, сидят в самой глубокой норе на скамейках из лунного камня и плетут из звёздной пыли сонные кружева обо всём на свете: о котятах, о конфетах, о большом пирожном на кухне, о доме. Плетут и поют.
– Что поют? – спросил Дункан, зевнув.
– Кто ж знает? Поют они по-крысиному, люди их языка не понимают. А старшие их собратья собирают эти кружевные клубочки в огромные такие корзинки, – Теабран показал сыну, какие огромные, – спускаются с Луны в спальню к людям на паутине и опускают клубочек с плетёным сном засыпающему в ухо. Но увидеть их невозможно, когда они работают, они невидимые, поэтому не пытайся их караулить. Их можно только услышать. Когда закрываешь глаза и чувствуешь, что вот-вот уснёшь, если слышишь слабый шорох – значит, это Лунная Крыса сметает длинным хвостом пыль по углам. Глаза открывать нельзя, а то она испугается и убежит.
– Правда?
– Правда, сам слышал много раз.
– А кр-р-рысы в замке? Я видел внизу.
– А это их крысы-помощники. Только их люди и видят. Видишь, крыса бежит, значит, спешит к своим начальникам за распоряжением. У крыс много хлопот: то воды на Луну натаскать, то кусочки хлеба. Крысы много едят, потому что за ночь устают. Так что ты их не бойся, но и не трогай. Тебе бы понравилось, если бы ты куда-то спешил, а тебя бы хватали за хвост?
Дункан улыбнулся, отцу полегчало.
– Ну, давай, закрывай глазки, – Теабран нагнулся и поцеловал сына в лобик. – А я подожду, пока к тебе придёт Лунная Крыса.
– А она не испугается?
– Нет, конечно, я закрою глаза, она сделает своё дело и прошмыгнёт обратно в окно.
