Санджит взял с подоконника зачарованное зеркало Леди: я увидела, что мои названые братья и сестры стоят в Зале Снов, как манекены, украшенные роскошными тканями и драгоценностями, и поддразнивают друг друга, пока дворцовые портные пришивают пуговицы и шлейфы к их парадным одеждам. Вчера портные приходили и ко мне, чтобы подготовить наряд для моего Первого Указа, споря о том, какие цвета мне к лицу. Я почти выбрала ярко-зеленый шелк, украшенный золотой вышивкой.
Но тут Бимбола деликатно прокашлялась:
– Император предложил, чтобы вы надели это, Ваше Святейшество.
Она протянула мне сверток накрахмаленной парчи, белой, как кость, с узорами в виде солнца и звезд, сверкающими вдоль краев.
Имперская ткань. Чтобы мир знал, кому я принадлежу.
Я шпионила за Детским Дворцом до глубокой ночи, даже после того, как Санджит уснул, а мои братья и сестры улеглись в свои постели.
Но одно спальное место в Зале Снов, заметила я с тревогой, пустовало.
В дверь комнаты тихо постучали.
Я вздохнула. Наверное, Бимбола решила упрекнуть меня за то, что я сижу при свете лампы, а не отдыхаю. Я поплелась к двери и отодвинула перегородку, чтобы посмотреть через отверстие.
Служанки исчезли. За дверью в тусклом свете луны стоял лишь один человек.
– Дайо, – выдохнула я.
Я тут же схватилась за янтарь на шее.
Лицо принца было гладким и лишенным морщин, однако он почему-то казался старше. Мудрее.
На нем была только ночная сорочка, в вырезе которой виднелась обсидиановая маска. Дайо был одет точно так же, как в мою последнюю ночь в Йоруа, когда я заманила его к Колчану Энитавы.
– Мне жаль, – сказала я, подавляя мигом охватившие меня кровожадные порывы и благодаря Ама за закрытую деревянную дверь. – Мне так жаль.
– Ты не читала мои послания.
– Тебе не стоит здесь находиться.
– Потому что ты снова попытаешься меня убить?
От будничного тона Дайо меня бросило в дрожь. Глядя на него, я вдруг осознала с растущим дискомфортом, что понятия не имею, о чем Дайо думает. Это было в новинку.
С самой первой нашей встречи лицо Дайо казалось мне открытой книгой. Даже если мы стояли в разных концах комнаты, тепло Луча всегда пульсировало на краю сознания, выдавая его эмоции и мимолетные желания. Сейчас его Луч молчал.
Я всмотрелась в его ясные черные глаза в темноте, вздрогнув от опасения, которое в них увидела. Его доверие когда-то казалось мне слабостью, глупостью, а не даром. Теперь я знала, что доверие – это привилегия. Внезапно я пожалела о том, что сжигала его письма.
– Я вернулась только потому, что твой отец вызвал Совет в столицу, – пробормотала я. – Я не хотела снова подвергать тебя опасности.
Дайо продолжал смотреть на меня серьезно и настороженно.
– Санджит рассказал мне о том, что вы видели в озере Мелу. Он говорил, что власть Леди над тобой закончится, если ты найдешь свою цель. Или если…
– Или если я вынесу ей смертный приговор, – закончила я. – Неважно, избавлюсь ли я от проклятия Леди, Дайо. Тебе необязательно принимать меня обратно. Я уже потеряла твое доверие. – Я переступила с ноги на ногу, удивляясь, как он может сохранять спокойствие рядом с той, которая вонзила в него нож. – Я уйду после суда. Навсегда, если хочешь.
– Уйдешь? – Впервые за все время на лице Дайо отразилась боль. – Значит, ты снова нарушишь свое обещание.
– Какое обещание?
– Той ночью, во время пожара в Детском Дворце, ты сказала, что никогда не бросишь ни меня, ни Аритсар. Мы заключили сделку.
– Мы оба понимаем, что тебе не стоило помазывать меня, – возразила я. – Если бы я сразу рассказала тебе все как есть… о том, кто я и что меня послали сделать…
– Я знал, Тарисай. Я знал все это время.
Я лишилась дара речи.
Дайо пожал плечами, теребя завязки своей сорочки.
– Помнишь, как мы спали рядом в Детском Дворце? Когда мы были еще маленькими, до того как нас разделили на мальчиков и девочек. Однажды во сне ты положила мне руку на лицо. И я увидел все. Алагбато, Леди. Тот день, когда она показала тебе мой портрет и загадала желание – убить меня. Наверное, ты не собиралась показывать мне это воспоминание. Но хотела бы. Теперь, мне кажется, что ты пыталась предупредить меня миллионом разных способов. Даже во сне.
– «Ты вспомнила», – пробормотала я. – Вот что ты сказал, когда я ударила тебя ножом.
Внезапно я будто снова оказалась на коленях перед тем деревом, и голос Дайо шептал:
– Я пытался помочь, – сказал он. – Думал, что если не дам тебе вспомнить, то Леди не сумеет тебя контролировать.
– Вот почему ты всегда отвлекал меня от мыслей о Суоне, – произнесла я медленно. – И не давал Мбали наставлять меня. Ты пытался защитить нас обоих. – Голова у меня кружилась. – Но если ты знал, зачем я здесь, почему не приказал меня убить? Почему помазал?
