Лучезарная полностью

Ву Ин побелел. На Небеса ворвались воины, мгновенно нас окружившие. Руки Ву Ина сомкнулись вокруг моего тела, как тиски. В следующий миг мы уже были в воздухе, поднимаясь все выше и выше над дворцом, оставляя Леди позади.

– Убийца! – рыдала я, пытаясь вцепиться ногтями в его грудь. Но он держал мои руки, и я не могла ими пошевелить. – Монстр. Убийца!

– Я не знал, – повторял Ву Ин. – Не знал.

Воины стреляли в нас. Одна стрела поцарапала предплечье, больно ужалив, а другая с глухим стуком вонзилась в бок Ву Ина. Но мы продолжали подниматься, удаляясь от Ан-Илайобы. Прежде чем потерять сознание под рев ветра, я увидела, как море воинов окружает распростертое тело, лежавшее далеко внизу. Застучали барабаны.

От парапета к парапету звенели крики:

– Император ушел в деревню. В ближайшее время он не вернется. Да здравствует Его Императорское Величество, Экундайо, король Олуона и Оба Аритсара!

Когда я очнулась, шел снег.

Я видела снег лишь однажды: во время нашего благотворительного тура. В тот день с помощью камней переноса мы очутились в горах Бираслова. Помню, я очень удивилась, когда поняла, что он такой мягкий – снежинки касались лица невесомыми поцелуями, а я смеялась и вздрагивала.

Теперь поцелуев не было. Только ледяные пощечины ветра, пока мы пролетали над призрачно-белой долиной. Ву Ин продолжал нести меня, хотя держал не столько руками, сколько невидимой пульсирующей силой. На мне все еще был церемониальный наряд для Первого Указа – от холода меня защищал лишь тонкий плащ Ву Ина.

– Твоя рука не будет истекать кровью, пока мы не приземлимся, – сказал Ву Ин хриплым и слабым голосом. – Как и моя рана. Поток воздуха стабилизирует их, но я недолго смогу удерживать нас наверху.

– Сколько я спала? Куда ты меня несешь?

Я стала сопротивляться и задела стрелу в боку Ву Ина. Он взвыл от боли, и мы рухнули вниз. Я закричала. Затем Ву Ин, выругавшись, выровнялся: мы опасно зависли в воздухе.

– Поверь, – проскрипел он, – ты не хочешь, чтобы я тебя уронил.

– Ты оставил ее! – Ко мне постепенно возвращались воспоминания о случившемся в Ан-Илайобе. Рана горела от боли. – Ты отравил Леди и бросил ее!

– Мой поток воздуха не может нести так много людей. Пришлось выбирать.

– Почему я? – спросила я требовательно. – Это ведь не я умираю, идиот! А она. Из-за тебя.

Несколько мгновений он молчал. В ушах ревел ветер.

– Она не умирает, – прошептала я. – Она уже мертва, да?

Ву Ин обмяк. Я заглушила каждый нерв в своем теле, каждую клеточку и мысленно отгородилась от всего алмазным щитом, готовясь к тому, что он собирался сказать.

– Она умерла через несколько минут после того, как мы покинули столицу, – произнес Ву Ин наконец. – Я понял это, когда Луч оставил мое тело.

Мои уши отказывались принимать его ответ: слова Ву Ина просто прошли насквозь и упали на землю, не причинив мне вреда. Я решила, что разберусь с этим позже – по одной невозможности за раз.

– Давно мы летим? – спросила я.

– Ты спала девять или десять часов. Мы почти в Сонгланде. Хотя из-за твоей бури нам, возможно, придется остановиться где-то на ночь.

– Моей бури?

Ву Ин показал на долину, ощерившуюся синими снежными пиками.

У входа в долину, в скале, были вырезаны две огромные статуи королей Сонгланда, поднимавших руки в приветствии. Каждое изваяние было размером в несколько башен: вероятно, потребовалась пара веков, чтобы завершить работу над каменными гигантами.

– Перевал Цзинва, – объяснил Ву Ин. – Единственный способ попасть в Сонгланд с материка. Ты никогда не задумывалась, почему Сонгланд – не часть империи Аритсара?

– Сонгландцы отказались, – сказала я, стуча зубами. – Эноба Совершенный смирился с их решением, но отрезал местных жителей от торговых путей, поскольку их не касаются наши правила.

Ву Ин коротко рассмеялся.

– «Смирился»? Ты правда думаешь, что Эноба объединил континент без кровопролития? Эноба убедил многие королевства присоединиться к нему, да. Но остальных он завоевывал силой. Всех, за исключением Сонгланда, спасибо моему далекому предку, королю Цзинва. Шаманы зачаровали горный перевал так, чтобы только сонгландцы – или те, кого лично приглашает правящий монарх, – могли перейти границу. Каждый раз, когда Эноба приводил сюда армию, земля отвергала его, насылая снежную бурю и ледяной оползень. Тебя не приглашала моя мать, – добавил он, – отсюда и буран.

– Почему ты решил взять меня в Сонгланд?

– Я донесу тебя только до границы, – ответил Ву Ин после паузы. – Есть кое-что, что тебе нужно увидеть.

Я не успела спросить что-либо еще: поток воздуха дрогнул, и мы резко нырнули вниз. Ву Ин снова выругался.

– Я слишком ослаб, – процедил он сквозь зубы. – Надо найти убежище на ночь. Держись… и прости за боль.

– Боль?

– Вне потока воздуха раны начнут кровоточить.