– Все сонгландцы стали называть его так, когда он пообещал свою душу Леди. Наследная принцесса Минь Цзя даже отреклась от брата. Но мне не важно, предатель он или нет. Он добр к нам. – Она помедлила. – Я не думала, что когда-нибудь вернусь на Сагимсан. Когда я сбежала из Подземного мира, то надеялась найти родителей. Они принесли меня к горе, но я предположила… может, они захотят, чтобы я вернулась. – Е Юн мрачно улыбнулась. – Они не захотели. Никому не нужен ребенок, прошедший через Ад и вернувшийся обратно. А мой эмиэран привел меня сюда. Я помогаю Искупителям стать сильнее. Учу их выживать, как выжила я, чтобы они были готовы, когда придет время. Этого не всегда достаточно. Но лучше, чем ждать помощи от людей в богатых одеждах.
Я вздрогнула, вспомнив, как мечтательно она смотрела на мое окрашенное воском одеяние во время торжества в храме.
– Ты должна съесть свой завтрак, – добавила Е Юн. Она посмотрела на мою ложку, и я вдруг заметила, какие впалые у щеки. – Принц-Предатель скоро вернется.
Я протянула ей миску:
– Можешь доесть.
Она сглотнула, но покачала головой:
– Если ты не хочешь, лучше покормить Ай Ри. – Она повернулась ко мне спиной. – Помоги мне ее отвязать.
Я в ужасе застыла: раньше мне приходилось держать младенца не дольше нескольких секунд, когда крестьяне давали их мне во время благотворительного тура. Я целовала детей, как от меня ожидалось, и возвращала обратно как можно скорее.
– Ай Ри голодна, – поторопила Е Юн. – Не волнуйся, она чистая.
Я взяла младенца под мышки и вынула из перевязи. Она оказалась пугающе легкой, хотя и была завернута в пеленки. Мягкие кудрявые волосы пахли сеном и молоком, а кожа, что неожиданно, оказалась на несколько оттенков темнее, чем у Е Юн.
Я прищурилась:
– Ай Ри, случайно, не…
– Изокенка? – Е Юн пожала плечами. – Наверное. На границе разбиты незаконные лагеря, где сонгландцы торгуют с жителями Аритсара. Так я научилась говорить на аритском, когда покупала там припасы для убежища. Это редкость, но я слышала, что наши торговцы иногда заводят отношения с аритами, – она покосилась на Ай Ри. – Может, там она и родилась.
Девочка ерзала у меня в руках, причмокивая кашу розовыми влажными губами, пока Е Юн ее кормила. Затем Ай Ри схватилась за мою одежду и издала приветственный горловой звук.
– Привет, – поздоровалась я неуверенно.
Ай Ри агукнула, изучая меня своими смелыми темными глазами, обрамленными синими отметинами. Мое сердце кольнуло странное чувство узнавания, которое я не могла объяснить. Внезапно я пришла в ярость.
Неужели Перемирие положит конец и этой крошечной истории, погасит свет ее души всего через
Темный силуэт вырос в дверном проеме, и Е Юн забрала Ай Ри.
В комнату ввалился Ву Ин, держась за уже перевязанный бок.
– Я проверила ее раны, как ты просил, – доложила ему Е Юн. – Заражения нет, но она все равно заболела.
Затем она повернулась, чтобы уйти.
– Подожди! – позвала я, не готовая ее отпускать.
Я так долго думала, что она мертва. Неважно, ненавидит она меня или нет: главное, что Е Юн жива – назло всем.
Когда она посмотрела на меня, я спросила:
– Какой у тебя эми-эран из Подземного мира? Леопард, как у Ву Ина?
– Нет, – ответила она после паузы. – Мой эми-эран – феникс.
– Я не удивлена.
Намек на улыбку обозначился на ее губах.
– Я назвала ее Хуан-гу, – сказала она тихо. – «Императрица».
Затем она покинула комнату.
Ву Ин бросил на пол рядом со мной стопку одежды.
– Переоденься. Идти нам недолго.
Под глазами у него залегли тени: похоже, ночь он провел без сна. Лоб и щеки Ву Ина блестели от пота, очевидно, голова у него болела ничуть не меньше, чем у меня. Но я не почувствовала жалости.
Окровавленное лицо Леди до сих пор стояло у меня перед глазами.
Прежде чем уйти, Ву Ин сказал:
– Призови Луч. Ты не сможешь дотянуться до своего Совета на таком расстоянии, но это поможет от мигрени.
Я послушалась. Позволила жару сформироваться в основании шеи и послала невидимый луч света в примерном направлении Олуона.
Свет остыл и исчез, когда встретил лишь пустоту. Однако Ву Ин оказался прав: боль перестала быть такой невыносимой.
Одежда была сшита из окрашенной воском ткани, в которой роились пахнущие специями воспоминания об Олуоне, где Ву Ин, вероятно, ее и купил.
Он принес для меня также сапоги и плащ – синий, как у него, из теплой шерсти.
Я оделась и прошла в главное помещение. Там я увидела то, чего не заметила накануне: на стенах висели изображения зверей и карты Подземного мира. На подушках лежали забытые доски, исписанные мелом на сонгландском. Учебный класс.
На самой длинной стене от одного конца до другого протянулась карта континента с яркими точками, отмеченными на ней камнями переноса в каждом королевстве.
