Лучезарная полностью

«Ты не можешь спасти Санджита, – твердили тем временем голоса, обращаясь ко мне. – Кроме того, он ведь никогда тебя не простит. Возьми мешочек. Возвращайся к друзьям: путь через Буш слишком опасен для девочки. Ты найдешь Мелу, но другим способом, более безопасным…»

– Здесь нечего прощать, брат, – заявил дух, пока Санджит подходил ближе. – Я знаю, на самом деле ты меня не бросал. Ты совсем не похож на отца. Ты никогда бы не оставил меня од…

Внезапно дух скрылся под водой, и поверхность пруда стала нервирующе гладкой.

– Сендил? – позвал Санджит, нависая над водоемом.

Мое оцепенение как ветром сдуло.

– Стой! – рявкнула я, схватив его за руку.

Дух вынырнул, кашляя и отплевываясь:

– Что-то… там, на дне… Помоги, брат!

– Это уловка, – настаивала я, сжимая руку Санджита крепче. Он явно паниковал. – Джит, зачем дирмийским наемникам разбивать лагерь в Олуоне? Как Сендилу удалось «случайно» тебя найти?

Но Санджит смотрел на духа, который кричал и барахтался. Он легко высвободился из моей хватки и приготовился прыгнуть в пруд.

– Ты однажды сказал мне, что Сендил никогда не лжет, – добавила я быстро. Я не хотела продолжать, зная, как жестоко прозвучат мои слова. Но выбора не оставалось. – Твой настоящий брат не стал бы отрицать, что ты бросил его, Джит. Потому что это правда. Ты согласился с отцом. Наемники забрали Сендила, потому что ты не защитил его.

Санджит застыл. Я уверенно коснулась ладонью его щеки и поискала в его разуме воспоминания о настоящем Сендиле, вытаскивая их на поверхность.

Санджит посмотрел на меня – взгляд его прояснился. Глаза влажно блестели от шока.

– Ложь не сделает нас свободными, Джит.

Затем я бросила в пруд горсть шалфея.

Дух закричал. Вода стала белой как мел. Поверхность пошла рябью, на месте водоема зияла бездонная яма. Я тотчас ощутила колдовское притяжение, голод по душам и крови живых.

– Бежим, – велела я.

Держась за руки, мы с Санджитом схватили мешочек и ножны и бросились через Буш. Возможно, шалфей придал нам бодрости – или, возможно, вместе мы оказались сильнее. В любом случае мы каким-то образом сумели добраться до тропы, где тут же упали на траву, осененные душистыми листьями и фиолетовыми цветами.

Когда мы отдышались, я поискала на коже Санджита синяки и царапины: он практиковался с духом-Сендилом и мог получить раны, которые скрыл Буш.

– Ты осталась, – сказал он.

Я бросила на него непонимающий взгляд.

– Ты осталась, – повторил он, уставившись на меня. – Вместо того чтобы пойти обратно в крепость. У тебя была твоя печать. Ты могла вернуться к Дайо и бросить меня умирать в Буше.

Я помедлила, задержав руки на его груди. Затем встала и отвернулась, пожав плечами:

– Даже монстры порой могут удивить.

Санджит втянул воздух сквозь зубы.

– Не называй себя так.

– Почему? – Я отряхнула пыль с униформы. – Ты же меня так назвал.

– Мне жаль, – начал он.

Я не обернулась, а он продолжил:

– Я серьезно. Великий Ам, Тар, когда я увидел Дайо всего в крови, а ты стояла над ним с кинжалом… я чуть не обезумел. Я ничего не мог поделать. Но ты этого не заслуживала. Ты – не Леди.

Я напряглась, вспомнив ласковый голос духа-Санджита.

– Неправда.

– Она – не ты, – настаивал он. – Ты не хотела убивать Дайо.

– Вот здесь и кроется проблема, Джит. Часть меня этого хотела. – Я повернулась, чтобы он знал: я не шучу. – Когда я напала на него, то впала в оцепенение. Но в то же время все казалось почти правильным. Словно я исправляла ошибку, которую не должна была совершать. Моя кровь… кипела.

– Ты не выбирала так себя ощущать.

– Какая разница? Это все равно была я! – Я принялась ходить туда-сюда, полная решимости наконец выговориться. – Годами я твердила себе, что совсем не похожа на Леди и никогда не стану такой, как она. Но моя мать – часть меня, Джит. Как и твой отец – часть тебя. Да, это несправедливо. Мы не заслуживаем бремя, которое родители на нас взвалили. Но мы не можем победить монстров, с которыми отказываемся столкнуться лицом к лицу. – Я задумалась, прислушиваясь к шелесту травы, где прятались иллюзии, желавшие украсть наши души. – Я считала, что смогу забыть. Решила, если я спрячу желание Леди достаточно глубоко, оно исчезнет. Но если бы я была честна с собой, то Дайо бы ничего не угрожало. Мне не следовало присоединяться к Совету.

– Тогда я бы остался прикованным к той колонне в Детском Дворце, – заметил Санджит мягко. – Я остался бы Королевским Медведем с крысиным черепом в качестве сувенира вместо ракушки каури.

На мгновение мне показалось, что он хочет взять меня за руку, как дух-Санджит некоторое время назад. Но он не стал сокращать дистанцию. Мы пристально разглядывали друг друга, словно очищали траву от болотной грязи.

Теперь мы видели все ясно и четко: и хорошее, и плохое, скрытое в нас обоих.