– Имена и цель прибытия, – услышали мы ожидаемое требование.
Когда я увидела порт, меня накрыло странное ощущение.
Раньше я бывала здесь только раз – когда незнакомцы забрали меня из усадьбы Бекина. Мои ладони вспотели. Это
– Тар. – Санджит присел рядом со мной и положил руку на мою дрожащую спину. – Твоя родина прекрасна.
Я моргнула, глупо на него уставившись. Затем огляделась как следует.
– Прямо как в воспоминаниях, которые ты мне показывала, – добавил Санджит почти застенчиво.
Нас окружали деревья акации и ярко-зеленая трава. Воздух сладко пах жимолостью. Повсюду мелькали вспышки лавандового света.
– Духи-тутсу, – прошептала я. – Не видела их с самого детства.
– Они обитают только там, где земля особенно плодородна, – сказал стражник суоннского порта, гордо расправляя плечи.
Я слабо улыбнулась: хотя Мелу был заперт в саванне, какая-то часть его благословения до сих пор лежала на Суоне. Интересно, как долго эта магия продержится.
Порт располагался на уединенном перекрестке. Когда мы отошли от камня, все еще чувствуя дурноту после переноса, то услышали чье-то пение и заметили медленно идущих ослов.
– Сегодня рыночный день, – догадалась я.
– Хорошо. – Санджит кивнул и направился к первому небольшому каравану, груженному товарами, вокруг которого бегали радостные дети. – Можем спросить, как пройти к озеру Мелу. Если они не в курсе, то хотя бы подскажут, как добраться в город, где об этом знает кто-нибудь другой. Может, нас даже подвезут.
Когда я не пошла за ним, он озадаченно оглянулся.
– Раньше я часто наблюдала за караванами, – сказала я тихо. – Из окна. Мечтала, как присоединюсь к ним и у меня появится семья. О том, как стану… нормальной.
Уголок рта Санджита чуть приподнялся.
– Можешь побыть сегодня девочкой с рынка, если хочешь, я никому не скажу. Правда, униформа Имперской Гвардии тебя выдает.
Когда мы с Санджитом приблизились к каравану, семья прекратила петь. Люди напряженно разглядывали наше воинское облачение.
– У нас нет гриотских барабанов, – проворчал бородатый мужчина с туннелями в ушах. – И нет свитков.
Я распахнула глаза:
– Ох, мы не…
– Проверьте, если хотите, – продолжал он, откидывая полотнище с повозки. – Мы из деревни Пикве. Нас и там проверяли.
В повозке сверкали окрашенные воском ткани со звездными узорами – синего и желтого, фиолетового и ярко-розового цветов. В лучах солнца поблескивали радужные бусины, которые купят суонские дамы и господа. К счастью, носить одежду родного королевства указ Таддаса пока не запрещал. Но как долго продержатся на плаву эти торговцы? Сколько времени пройдет, прежде чем деревенских и городских жителей заставят использовать только имперские ткани?
– Мы бы хотели купить весь ваш товар, – выпалила я.
Семья торговца уставилась на меня с изумлением. Джит тоже.
– Мне нужен кошелек, – обратилась я к Санджиту. – Ненадолго.
Он в замешательстве достал из мешочка на шее мой кошель. Я вытащила три золотые монеты и предложила их торговцу.
– Я честный человек, госпожа воительница, – смутился тот. – Это в два раза больше моего годового заработка. Одного золотого и нескольких медяков вполне хватит.
– Два золотых за товар. Остальное – вам на дорогу, чтобы вы доехали до рынка и бесплатно раздали одежду. Раскрасьте весь город в цвета ваших прекрасных тканей.
Мы с Санджитом назвались фальшивыми именами и выяснили, что торговца зовут Тегосо.
Мы проехали в его повозке восемь миль: он представил нас своим четырем дочерям и пока что нерожденному сыну. Жена торговца – ее звали Кия – прижала мою руку к своему круглому животу.
– У меня будет мальчик, я знаю, – заявила она. Кия была пухленькой, с приятным голосом и косичками до бедер. – Я всегда знаю. Нареку его Бопело в честь дедушки. Но Тегосо считает, что лучше назвать его Преодолитель или Миротворец. Говорит, это хорошие аритские имена, значения которых понятны каждому. А я считаю, что суонцы прекрасно поймут и имя Бопело! – Она рассмеялась и вздохнула: – Хотя в конечном итоге муж все равно настоит на своем. Нам нужны деньги на образование для наших дочерей.
Я поморщилась, вспомнив настойчивое требование в «Указе о единстве» – называть детей имперскими именами.
Я торопливо достала из кошелька еще одну монету и вложила в ладонь Кии:
– Для Бопело, – сказала я. Когда она ахнула, я подмигнула и добавила: – Теперь Тегосо одумается.
Кия по-матерински засуетилась, поправляя мои косички. Ее восхищали золотые нити в шерсти, но она скривилась, дотронувшись до корней волос:
– Ой-ой, как туго! Неужели именно такие прически носят богатые девушки в Олуоне? Чтобы в мозг не поступал воздух?
Я пожала плечами:
– Меня устраивает.
– Разве не больно?
– Только когда я об этом задумываюсь. Так лучше, – объяснила я. – Когда все под контролем.
