Лучезарная полностью

Я спросила супругов об озере Мелу. Кия ответила, что только магические создания помогут нам найти эру: духи-тутсу. К северу от ближайшего торгового города жила слепая отшельница, которая, по слухам, умела ладить с тутсу.

Когда мы доехали до глинобитной ограды со сломанными воротами, Тегосо остановил повозку.

– Старая Монгве живет там! – сказал он, помогая нам с Санджитом слезть: нас слегка шатало после камня переноса. – Она помогает путникам. Это ее священный долг как жрицы Глины. Если она не сумеет договориться с тутсу насчет Мелу, то, по крайней мере, поможет вам справиться с тошнотой. – Торговец улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках. – Подозреваю, что немногие имперские гвардейцы говорят с таким четким акцентом или носят кошельки, полные золота. Но я не буду допытываться о том, каковы ваши настоящие имена. Ступайте с миром. Если будете проезжать через наши края, помните: в лице Тегосо из деревни Пикве вы всегда найдете друга.

Он дал мне три браслета, кобальтово-синюю блузку и одеяние, украшенное желтыми звездами. Санджит получил струящуюся тунику из той же ткани. Мы махали семье торговца, пока мелодичные голоса дочерей Тегосо («Золото с черным: старший брат наш прекрасен!») не стихли вдали. Затем мы подошли к приоткрытым воротам, за которыми виднелся фермерский домик с соломенной крышей, окруженный буйно разросшимся садом, где был разведен костер – к верхушкам деревьев поднимался едкий дым.

– Вы так и собираетесь просто стоять там? – позвал нас слегка гнусавый голос. – Духи сказали, что вы опаздываете, но не упомянули, что вы такие копуши!

Мы осторожно прошли через сломанные ворота и обнаружили тропинку, ведущую к домику. Сначала мне показалось, что крыша жилища покрыта пучками травы. Но каждую минуту скопления огоньков передвигались вслед за солнцем. Тутсу. Целые рои.

Возле костра обнаружилась зеленая насыпь. Нет, не насыпь – женщина, не выше четырех футов ростом и одетая в плащ из свежих листьев и травы. Из-под плаща торчала морщинистая рука, помешивающая в котле кипящее коричневое варево.

– Вы пришли в мыльный день, – пожаловалась жрица. – Если бы вы подождали недельку, то у меня уже имелись бы твердые куски мыла. Эх! Придется пользоваться вот этим. Но дареному коню в зубы не смотрят даже те, кто одет в имперскую броню.

На земле, из черных комьев и палочек, был выложен портрет женщины: мягкий широкий нос, темные полные губы. Круглые камешки изображали облако волос. Меня не растили с религиозным уклоном, но я видела священные портреты и раньше: Мбали пыталась научить меня создавать такие, поскольку Суона принадлежала Людям Глины.

Верующие часто медитировали, собирая портреты Королевы Земли из природных материалов.

Над портретом на бельевой веревке трепыхалась на ветру грубая льняная ширма. За ней стояли две лохани для мытья, у каждой на краю висело полотенце. Здесь явно кого-то ждали. Когда мы не сдвинулись с места, женщина повернулась к нам ухом, и листья на ее капюшоне зашелестели.

Глаза у нее были молочно-белого цвета.

– Вы – Старая Монгве? – спросила я.

– Нет, – ответила жрица Глины, не изменившись в лице. – Я – Монгве Новорожденная. Старая Монгве живет в другой покрытой духами землянке в глуши. Сядь и выпей свой чай, надоедливое дитя.

На циновках позади нее стояли чайник и две кружки с золотистой жидкостью.

Поколебавшись, мы послушно сели и взяли глиняные кружки. В отваре не чувствовалось магии или яда, зато поднимавшийся пар мгновенно усмирил мою тошноту.

Санджит нахмурился, делая глоток:

– Откуда вы узнали, что мы придем?

Монгве закатила свои невидящие глаза.

– А как я могла не знать? Эти болтуны просто обожают бродячих искателей приключений, – она показала на тутсу, которые сонно парили над крышей. – Целый день только и ноют: «Монгве, мальчик ведет продавать на рынок волшебную корову». «Монгве, молочница сбегает из дома, чтобы быть со своей настоящей любовью». «Монгве, Вураола с другом едут сюда в поисках эру». Все вы одинаковы, молодежь. Полны вопросов и глухи к ответам, которые вам не нравятся. Покидаете безопасные дома и теплые постели, потому что… Дайте угадаю, хотите следовать зову сердца? – Она рассмеялась. Звук получился сухой и кашляющий. Затем она склонилась над котелком и проворчала, продолжая помешивать варево: – Должен ли дурак следовать зову сердца? А вор? А убийца? Сердце не будет другом, пока не поймешь, кто ты на самом деле.

– Спасибо за чай, – сказала я после некоторого замешательства. – Что означает «Вураола»?

– Понятия не имею! – Она понюхала варево и вылила все в бочку с золой. – Нелегко тебе будет убедить их отвести тебя к Мелу. Тутсу очень преданы алагбато. Особенно ему. В последний раз, когда они помогали кому-то искать Мелу… что ж. Он пострадал в результате.