Лучезарная полностью

– Я не брошу тебя, – прошептала я.

– Какое совпадение, – процедила Леди. – То же самое мне сказал Ву Ин несколько месяцев назад, когда меня арестовали. Я велела ему сперва убедиться, что ты в безопасности. Сейчас ты здесь, тебе ничего не угрожает… а его что-то не видно. Вот тебе и клятва Совета.

– Ву Ин прочитал твой дневник в усадьбе Бекина, – сказала я. – Он думает, ты предала его.

Впервые за все время разговора Леди занервничала. Она затеребила край своей потрепанной мантии, бормоча под нос:

– Он простит меня, разумеется. Он любит меня. Он – мой, как и все остальные.

– В чем суть проклятия Искупителей? Почему Ву Ин уверен, что ты можешь это контролировать?

Леди снова зачерпнула кружкой воду. Полила себе на пальцы, смывая засохшую кровь, на полу образовалась бледно-красная лужица.

– Знаешь ли ты, почему ты больше подходишь на должность правителя Аритсара, чем этот нелепый принц Кунлео? – спросила она. – Потому что твоя кровь сильнее. Благодаря мне и Мелу в твоих венах течет королевская кровь смертной и бессмертного. Когда ты помажешь свой собственный Совет, то поделишься силой с соратниками, а их энергия запульсирует в тебе. Но это требует особой ответственности, Сделана-из-Меня. И вне зависимости от того, что ты говоришь или обещаешь другим, – ты всегда должна спасать в первую очередь именно себя.

Мои внутренности словно завязались узлом.

– Мне пора. – Я встала и отошла от решетки. – Я буду навещать тебя… и помогать. Не беспокойся.

– Ты никогда не беспокоила меня, дочь, – вздохнула Леди, отворачиваясь. – Только разочаровывала.

Когда я вернулась к себе в башню, то надеялась поплакать там в одиночестве – слезы копились во мне с каждым шагом, пока я спускалась с Небес.

Но в комнате толпились слуги, которые передвигали мебель и раскладывали подушки, пока Санджит неловко топтался в середине помещения.

Один из слуг принес по просьбе Бимболы вторую циновку и кивнул мне, ожидая инструкций:

– Вашим Святейшествам потребуется… контакт? – спросил главный слуга меня и Санджита. – Мы можем объединить постели.

– Разумеется, ей необходимо его касаться, – сказала Бимбола, хихикнув. Браслеты на ее запястьях зазвенели. – Их Святейшествам нужно бороться с лучевой тоской. Возможно, будет лучше, если они будут спать в одной…

– Нет, – выпалили мы с Санджитом одновременно.

Мы посмотрели друг на друга и покраснели.

– Его Святейшество Санджит находится здесь в качестве моей личной охраны, – объявила я твердо. – Отдельные постели прекрасно подойдут. Ему просто нужно спать между мной и дверью.

Слуга положил циновки рядом, искоса глянул на меня и Санджита, а затем пододвинул постели почти вплотную.

Другие слуги зажгли огонь в очаге и выставили тазы для умывания. Потом они раздели нас с Санджитом до белья, болтая между собой, и удалились.

Во время путешествия мы, конечно, ночевали в одной комнате. На постоялых дворах по дороге в Суону и в шатре Мелу в саванне. В пути правила приличия значат мало: мы едва избежали смерти в Буше, а позже следовали за тутсу, чтобы найти таинственного эру. Но сейчас все было по-другому. Здесь, во дворце, в окружении скрытых шепотков и надушенных гобеленов, пространство между нами казалось… жарким. Заряженным.

Настоящая пытка. Я села на циновку и отвернулась. Принялась заматывать волосы в платок для сна. Санджит прочистил горло и отошел к тазу для умывания. Каждый звук, казалось, звучал слишком громко: шелест шелка над ухом, плеск воды, шорох полотенца.

Я скользнула под покрывало и почувствовала, как Санджит ложится на свою постель. От него пахло розовой водой, кожаными доспехами и глиной. Несколько минут мы лежали совершенно неподвижно. За окном свистел ветер. Я подумала о том, как Леди съежилась на крыше башни, одинокая и открытая всем непогодам. У меня перехватило дыхание. Я хотела выдохнуть, но из горла вырвался сдавленный всхлип.

Поколебавшись, Санджит перекатился ближе и коснулся моей руки.

– Служанки сказали, ты виделась с ней, – произнес он тихо. – Я не знал, хочешь ли ты об этом поговорить.

– Я ужасный человек, – прошептала я.

– Я встречал и хуже.

Почему-то от его честности мне стало смешно. Я повернулась и дотронулась до его лба, показывая Джиту воспоминание о встрече с Леди.

– Она была совсем ребенком, когда император ее изгнал, – сказала я, когда воспоминание закончилось. – С ней ужасно обращались много лет, а я причинила ей еще больше боли. Как я могла быть настолько неблагодарной?

Санджит посмотрел на меня, как на безумную.

– Она лишала тебя любви, – сказал он. – Намеренно. Запрещала людям касаться тебя, чтобы ты не узнала слишком много и не разрушила ее планы.

– Она пыталась защитить меня, – заметила я.

– Она позволила тебе завести первого друга, – сказал он медленно, – и затем приказала тебе убить его.

Я нахмурилась.

– Но она лишь пыталась дать мне будущее. Она рискнула всем, что у нее было, а я намеренно забыла ее. Она думает, я ее ненавижу. Что я хочу, чтобы император убил ее…