Лучи жизни полностью

Керри ежедневно информировал Чьюза о том, как идет дело. Споров между ними больше не было, если не считать небольших разногласий по поводу персонального состава временного правления лиги. На другой день после их беседы несколько крупных дельцов внесли суммы, давшие им право претендовать на звание учредителей. Установить хронологический порядок взносов (по часам и минутам) было трудно. Среди кандидатов оказался уже знакомый профессору Мак-Кенти. Керри утверждал, что его опередили, по крайней мере, двое и что поэтому он не может быть в правлении. Но на этот раз Чьюз настоял на своем. Мак-Кенти, говорил профессор, — первый обратился к нему с предложением об осуществлении изобретения. Он считает себя обязанным ввести Мак-Кенти в правление.

Помимо Мак-Кенти, в число учредителей попали Бурген — глава крупнейшего похоронного общества и Пети — парфюмерный король.

Все эти лица были приглашены на организационное собрание «Лиги спасения», которое состоялось в помещении газеты «Свобода». К назначенному часу явились все, за исключением, понятно, Докпуллера: и по положению и по возрасту он ни на какие собрания не выезжал. В качестве доверенного лица явился экономический советник Докпуллера профессор Регуар.

Чьюз был чрезвычайно доволен тем, что представителем миллиардера на этот раз оказался не Ферн — с ним бы он никак не мог сидеть рядом. Профессор воспринял это как проявление такта со стороны Докпуллера, и это несколько примирило его с участием миллиардера в правлении лиги.

Перед началом заседания состоялось знакомство Чьюза с представителями делового мира. Мак-Кенти, как старый знакомый, отвел ученого в сторону и конфиденциально сказал:

— Я рад, профессор, что мне все-таки удастся иметь с вами дело. Можете рассчитывать на мое полное и искреннее содействие. Вы понимаете, конечно, что успех лиги вполне в моих интересах. По правде говоря, только мы двое по-настоящему в этом заинтересованы, остальные… — Мак-Кенти махнул рукой.

— Зачем же они вступили в лигу? — с удивлением спросил Чьюз.

— Докпуллер по положению покровителя науки, Пети из-за чудачества…

— То есть?

— Вы его не знаете? О, это, доложу вам, удивительный экземпляр! Как вы думаете, на что он тратит свои миллионы? На коллекции! Может быть, на свете и есть коллекции побогаче его, но такой коллекции коллекций, как у него, ручаюсь, нет нигде во всем мире. Видели бы вы его коллекцию галстуков! Его агенты собирают их по всему земному шару. Я уж, право, и не знаю, сколько там у него тысяч или десятков тысяч экземпляров…

Чьюз онемел от изумления.

— Вы шутите?

— Нет, зачем же! — возразил Мак-Кенти и крикнул Пети, который с увлечением рассказывал что-то толстому Бургену: — Господин Пети, какие у вас новинки?

— Приезжайте, покажу новые галстуки, — ответил Пети. — Получил крупную партию, — и он снова повернулся к своему собеседнику.

— При чем же тут лига? — спросил окончательно подавленный Чьюз.

— Господин Пети, видите ли, коллекционирует также и общества. Он состоит во всех филантропических, культурных, увеселительных, спортивных, политических обществах и клубах. Теперь свою коллекцию он обогатил вашей лигой.

— Ну, а этот? — спросил Чьюз, показывая глазами на толстого собеседника Пети.

— Что ж, Бурген — добрый человек! — все в том же ироническом тоне ответил Мак-Кенти. — По крайней мере, все его считают добрым. Вы не смотрите, что его специальность — хоронить людей. Может быть, это единственная настоящая услуга, которую стоит оказывать людям. Главная же его заслуга перед человечеством состоит в том, что он разрешил проклятый вопрос, над которым тщетно бились лучшие умы человечества. Знаете, какую рекламу он выпустил? «Не бойтесь умирать: „Бурген и Компания“ хоронят дешево и прилично!» — Мак-Кенти захохотал. — Где-нибудь за границей одним этим афоризмом он приобрел бы славу Гёте, а у нас он всего лишь «король покойников», — так его называют. Господин Бурген, — воскликнул Мак-Кенти, — что привело вас в лигу? Уменьшение смертности, пожалуй, не в ваших интересах.

— Ошибаетесь, господин Мак-Кенти! — весело возразил толстый Бурген. — Как ни понижайте смертность, а смерти все равно не уничтожите. Меньшая смертность — больше населения, больше населения — больше покойников. Арифметика простая!

И, очень довольный своей арифметикой, Бурген весело расхохотался.

Чьюз готов был бросить все и бежать. С трудом он пересилил себя и попросил Керри поторопиться с открытием заседания.

Председателем правления, естественно, был избран профессор Чьюз, секретарем — редактор «Свободы». Чьюз изложил свой «план оздоровления». Решено было после покрытия пятидесяти процентов объявленного капитала лиги созвать учредительное собрание членов для выборов постоянного правления.