– Звучит глупо, я знаю. Но я завидовала твоей страсти к делу, твоим амбициям. У меня ничего этого не было. Даже на горизонте не светило. Если бы я тогда была на твоем месте. – Мимо них промчалась девочка, размахивая салфетками, как крыльями. – Конечно, я бы тоже выбрала работу, а не двух сумасшедших женщин на Козьем болоте.
– Ого. Ты до сих пор так чувствуешь?
– Нет. На каникулах я пересмотрела Шазелла.
– Лен, давай о нас, а не о фильмах.
– Это ведь твой любимый режиссер?
– Какая, к черту, разница?
– Ты мог выбрать Озона, Коэнов, Гондри. Но ты выбрал именно его. Потому что все его фильмы про людей, одержимых целью.
– К чему ты клонишь?
– Он давно снял конец нашей с тобой истории. Не стоит обманывать себя.
– Ты про «Ла-ла-ленд»?
– Нет, я про «Одержимость». Точнее, «Хлыст». Ведь так же на самом деле переводится
– О! Ты наконец посмотрела в оригинале.
– Угу.
– Так, значит, у тебя появился новый парень?
– Похоже на то.
– А я, получается, просто схожу с ума?
Лена наклонилась и коротко поцеловала его в губы.
Она вышла из кафе, ускоряя шаг, глотая слезы вперемешку с мелким снегом. Нос заложило, и пришлось дышать ртом. Шар холодного воздуха скатился по горлу куда-то в желудок. Ветер жалил щеки. Еле отколупав ключом замок, Лена зашла в коридор и уселась на пол. Стянула с шеи шарф и вытерла сопли. Теперь точно всё. Слезы лились не от боли, а от того, что она больше не чувствует ничего. Ничего. Ей казалось, что, умывшись в одном облаке на той алтайской горе, они стали небесными близнецами. Между ними всегда останется тонкая необъяснимая связь. Будь они вместе, поодиночке или с кем-то еще. Но Лена ошиблась. Облако – это просто конденсат водяного пара. Между ней и этим человеком, вычерпанным до дна, миллионы световых лет.
Лена позвонила Эжену. Он шел по шумной улице и буквально выкрикивал в трубку.
– Дорогая, я все понимаю. У вас были высокие отношения.
– Что?
– Высокие, говорю, отношения. С них больно падать.
– Я ведь не думала, что все закончится… навсегда.
– А что ты думала? Что он вечно будет твоей музой? И потом, у тебя ведь есть этот бакен.
– Кто?
– Байкер. Чувак с квадратной челюстью.
– Угу.
– Ну и всё. Переключись на него, займись работой, в конце концов.
– Кстати про работу. Эжен, я тебя выпишу из Москвы. Мне нужен ведущий.
– Не-не-не, давай там сама как-то.
– Ну Эжен, пожалуйста. К нам едет Татьяна Буранова. С ней должен работать профессионал.
В трубке что-то скрипнуло.
– О, боги! Ты шутишь? Это единственная женщина, которая заставляла рыдать моего отца.
– Я серьезно.
Он манерно вздохнул.
– Ну ладно, ладно. Помогу своей старушке.
Глава 39
Утром Лена отправилась на работу и почувствовала даже некоторое воодушевление. С набором новых рабочих дела шли не очень, но Аннушка уже разлила масло – Татьяна Буранова подписала контракт и выслала райдер. В нем звезда среди прочего требовала десять банок меда с сахалинской пасеки и восемь местных сим-карт. Марина изучила весь список.
– Не, ну все остальное – понятно. У нее судьба тяжелая. А симки-то зачем? Для микрокредитов, что ли?
После разбора дел в офисе Лена побежала на репетицию. Труппа провела каникулы с размахом и напрочь забыла текст. Лена нервничала, повышала голос на вертлявого Вовчика, потом извинялась, суетилась, по несколько раз объясняла одно и то же. Но к концу репетиции кое-что стало получаться, и она вернулась домой с робкой надеждой на результат.
В полночь приехал Антон. Он с порога схватил ее в охапку и больно сдавил ребра.
– Антон, у меня дыхание перехватило.
– От счастья?
– Ну конечно.
Он болтал без остановки, не отходил от нее ни на шаг. До глубокой ночи показывал фото. Лена уже перестала вслушиваться в рассказы про то, как он освоил снегоступы, въехал в сугроб и вынес сустав, как наряжался Дедом Морозом и устроил чес по всем друзьям. Она просто смотрела за движением губ, как поднимаются и опускаются его брови, как он смеется над своими шутками. Откуда в нем столько жизни? И почему он выбрал ее, просидевшую десять дней дома с грязной головой? Лена догадывалась, что никакой причины не было. Дело не в том, что она какая-то особенная. Как бы ей ни хотелось так думать. Лена просто оказалась рядом. Случайно попала в эпицентр его любви ко всему живому. Но это мог быть кто угодно.
Через неделю в офис позвонили. Ирина взяла трубку и протянула Лене с каменным лицом.
– Мое почтение, Елена Фёдоровна.
Этот голос не предвещал ничего хорошего.
– Добрый день, Павел Валерич. Чем обязаны?
– Видите ли, Елена Фёдоровна, у меня к вам есть одна просьба. На днях начинается путина наваги. Там работы до жопы. У меня есть списочек на двадцать человек, которые у тебя на стройке трудятся. Они мне позарез нужны. Дашь им отпуск на три недели?
– А что, если не дам?
– Так они все равно уволятся.
– Потому что вы их заставите?
– Да бог с тобой. Ты меня за кого держишь? У меня дочка младшая фильмы любит смотреть про вампиров там, про оборотней. Они, как полная луна выходит, превращаются в волков и бегут из дома. Это в их природе. Так и мужики эти. Они этой путины целый год ждут. Хоть ты им миллионы предложи.
