– Тебе не придется держать шланг или что-то в этом роде, – сказала Вивьен. – Твоя задача – поговорить с Золотым Мальчиком. Три наши тетушки служили во вспомогательной пожарной службе во время войны. Они нам помогут, так что все будет в порядке. Тетя Друэта даже получила медаль Георгия за какое-то удивительное спасение в тысяча девятьсот сорок первом году.
– Ах да, – тихо отозвалась Сьюзен, вдруг вспомнив, что книготорговцы живут долго и весьма насыщенно. – Значит, в час ночи? Вот и конец моей обычной жизни в Лондоне. Где все это будет?
– В Смитфилде. Пай-Корнер находится на Гилтспур-стрит, рядом с больницей Сент-Бартс.
Сьюзен покачала головой:
– И мы приедем туда в пожарной машине времен Второй мировой войны, одетые как пожарные тысяча девятьсот сорок первого года, и будем надеяться, что нас никто не заметит? Да возле больницы даже в час ночи полно народу!
– Ты бы удивилась, узнав, как мало люди обращают внимание на то, что происходит совсем рядом, – сказал Мерлин, который слушал и внимательно наблюдал за улицей в окно. – Если кто-нибудь спросит, мы скажем, что мы занимаемся исторической реконструкцией, или снимаем фильм, или еще что-нибудь в этом роде. А когда мы вызовем Золотого Мальчика, то вообще исчезнем. Точнее, переместимся в другое время и пространство. Отсюда нас никто не увидит. В каком-то смысле это даже проще, чем поджечь мусорный бак, потому что на поджог бака могут приехать настоящие пожарные.
– Вот именно, – произнесла Одри. – Нам тогда пришлось разыграть целый спектакль, сделать вид, что бак поджег кто-то другой и сбежал, а мы ехали мимо и остановились, чтобы потушить пожар, как добропорядочные граждане, у которых по чистой случайности оказались с собой огнетушители. По одному на брата. Предшественнику Грин, Альберту Джеклину, пришлось приехать и вытащить нас из этой передряги.
– Джеклин… А куда он делся? – поинтересовался Мерлин. – Стал старшим инспектором в каком-нибудь тихом региональном подразделении, как и мечтал?
– Не-а, – ответила Одри. – Увы, нет.
Мерлин не стал настаивать на более подробном ответе. И он, и Сьюзен с Вивьен поняли все по тону Одри и выбору слов, а Сьюзен вспомнила, что говорила Торрант о полицейских, возглавлявших секцию М Особого отдела.
– Ну вот и наш дом-бим-бом, – сообщила Одри. – Дом, милый дом. Что сегодня на ужин или как мы назовем этот прием пищи?
– Миссис Макнил, когда я заглянула к ней, готовила пирог с говядиной по-бургундски, – ответила Вивьен. – Сказала, что это ради особого случая, ведь Сьюзен не обычная гостья, к тому же первая постоялица и так далее. Пирог огромный, как стол. Думаю, она ожидает несколько дополнительных гостей.
– В таком случае я согласна удостоить вас своим присутствием, – заявила Одри, вдруг забыв акцент кокни и переключившись на чистейший английский, какого не постыдилась бы и королева-мать. – Мы прибыли.
Золотой «капри» уже стоял перед домом, и это наверняка негативно отразилось бы на самооценке Одри, если бы она сама не пропустила его вперед на последнем повороте. Из «капри» вышли Диармунд и леворукий книготорговец и направились в разные стороны переулка. Дождавшись от них сигнала, Мерлин открыл дверцу машины, а еще один леворукий распахнул дверь дома. Длинная тень леворукого скользнула на улицу, угловатая и грозная для всех, кроме Сьюзен и компании.
Огонь (
Пять часов спустя Сьюзен втиснули между Мерлином, Вивьен и Диармундом на сиденье для экипажа хорошо восстановленного или просто никогда не бывавшего в деле пожарного автомобиля «бедфорд-хэви». За рулем устроилась тетя Друэта, а рядом сидели тетя Керидвен и тетя Патриция. Ни одна из трех не выглядела старше сорока пяти, и все оказались совершенно убедительны в образе пожарного вспомогательной пожарной службы времен 1940 года в ладно сидящих синих шерстяных куртках, прорезиненных штанах и жестяных шлемах с красной полоской вокруг полей. Даже над прическами словно недавно потрудился парикмахер из тех же сороковых годов: короткие стрижки были умело подвиты и уложены так, чтобы хорошо смотрелись под шлемами. Оказалось, что тетушки действительно только что укладывали волосы. Женщины подтрунивали друг над другом из-за своего щегольства, вспоминали пожары, которые тушили более сорока лет назад, сослуживцев, личные потери и трагедии – словом, все то, что обычно скрывается за веселыми воспоминаниями о прошлом, но не высказывается вслух.
Остальные, по сравнению с тетушками, подкачали. Рукава форменного пальто Сьюзен были длинноваты, а шлем – великоват. Даже Мерлин выглядел небезупречно, хотя и убил целых десять минут на подшивку штанов, перед тем как они прыгнули в такси Одри и понеслись встречать тетушек-пожарных и их машину.
