– Не согласен. Вы совсем не знаете этих детей! А я со многими беседовал. Так сказать, по душам. Да. У меня сложилась яркая картина. Я знаю, кому из парней какая девушка нравится. Мне известно, кого в классе не любят, кого травят потихоньку.
Становилось интересно. Гека уселся на стопу матов.
– При изучении романа Достоевского Фёдора Михайловича «Преступление и наказание» вы, Марина Владимировна, дали десятиклассникам сочинение на тему «Актуальна ли тема раскаяния для сегодняшнего молодого поколения?» Ну, знаете!.. Категорически не согласен с такой постановкой вопроса в принципе. И в частности – тоже. Да. Вот дали бы мне такую темку. О чём я лично мог бы написать? В каких таких непосильных грехах каяться?
Она действительно давала им такую тему. Среди других. Тогда ещё не знала, что ей над этим придётся задумываться. Но, видно, предчувствовала.
– Или такой пример. Попрошу меня не перебивать…
Да. Паша реально не терял времени даром. Добросовестно собирал имеющую ценность информацию. Интересно, кто из десятиклассников сливал компромат. И когда? Наверно, психолог приглашал деток к себе в кабинет по какому-нибудь второстепенному вопросу. Закидывал изжёванную свою наживку: «Что ты видишь из этого окна?» – а затем приступал к делу.
– Это честные мыслящие ребята! – Проникновенный голос Паши сочился грустью. – Но… Я вынужден это сказать. Да. Мы сами погубили хороший класс.
– Я согласна, что погубили хороший класс, – обронила Павлова. – И психолог продолжает губить всё, что в нём ещё осталось хорошего.
Повисла пауза, как обычно, когда она бросала свои некорректные замечания. Гека почти явственно увидел: психолог, ужаленный в апофеозе своей разоблачительной речи, медленно покрывается краской. Учителя покачивают головами: ну нельзя так грубо бить старательного мальчика в живот. Он же прав. В принципе. И в частности. А то, что, пока он занимается праведным своим делом, летят осколки и пишутся фальшивые анкеты, это не его вина. Не его! Виновата литераторша, влепившая хорошо ответившему золотому медалисту принципиальную двойку. Виноваты честные мыслящие ребята, ставшие обычными хулиганами. Виноват учитель физ-ры, научивший Мишаню так классно метать. А Гека? Гека пожал плечами. Ведь он сам всегда как бы в стороне. Почти как Паша.
– Я закончил основную часть доклада. – Голос психолога звучал старательно спокойно. – Перехожу к выводам. Вопрос по литературе назрел, как абсцесс. Класс не может нормально дышать. Пришло время вскрыть нарыв, так сказать, хирургическим путём. Да. Денис Юрьевич, обращаюсь к вам официально с настоятельной просьбой. В десятом «Б» классе необходимо провести собрание с присутствием: учеников, родителей и педагогов. И вас, Денис Юрьевич, я очень, очень прошу на нём присутствовать.
– По-моему, предложение дельное, – пропищал директор. Несмотря на хороший рост, он говорил высоким, излишне громким голосом неповзрослевшего ребёнка. – Приду обязательно. Мне ничего не помешает. Все дела – в сторону. Интересы детей у нас должны быть на первом месте.
Грохоча ведром, в раздевалку вошла техничка. Спросила Геку без особого удивления:
– Ты чего тут делаешь?
– Тренируюсь, – мрачно процедил он.
Но техничка не убоялась его мрачности. Плюхнула под ноги Фомину мокрую тряпку:
– Домой иди. Подслушивать. А тут – педсовет.
Гека вышел из спортзала. Послал физруку SMS: «В матче участвовать не могу. Не в форме». И это было правдой.
Всё-таки какой-то ловкач умудрился заснять самый убойный момент матча, которого так долго ждали. Не их штатный школьный телерепортёр из 10-го «А»: его камера в главный момент нацелилась на ворота «стариков». Но не все зевали. Привычно кривясь, Гека просматривал короткий видеоролик.
Мишаня, дикий в желании непременно сравнять счёт, несётся к воротам «стариков». Наперерез ему бросается охваченный таким же первобытным восторгом директор. Режущий скрежет. Плечом Мишаня ударяет директора в грудь. Тот развора-а-ачивается. Пытается вырулить. И всё-таки брякается под оглушительные крики болельщиков на лёд. К пострадавшему, неловкая, как морской котик, почти подползает толстая медсестра. Склоняется над ушибленным. Отчаянно скользит. Гека очень надеется, что она тоже вскинет свои короткие толстые бульонки выше головы. Но её вовремя подхватывает под локоть капитан команды старшеклассников Евгений Карцев. С ожесточением утопающего медсестра цепляется за своего спасителя. На помощь выделывающему фортели ногами Карцеву спешит физрук – зачинщик этого безобразия и главный судья. Вдвоём они волокут разевающую рот медсестру с катка. Её повизгивание не может быть слышно в ликующем гаме, но Геке кажется, что он улавливает жалобные стоны. Товарищи по команде помогают подняться директору. Закусив губу, тот ковыляет к скамейке запасных.
За полдня видео набрало двадцать тысяч просмотров и множество комментариев. Из них Гека узнал, что у директора открытый перелом ноги, что лежать ему не меньше месяца и что в хоккей играют настоящие мужчины, а настоящие учителя ведут уроки и не суются на спортплощадки.
