Лунный камень полностью

Мы вернулась на двор, где я оставил свой чемодан. Продев палку сквозь его ручку и закинув чемодан через плечо, Бетередж, по-видимому, снова впал в столбняк, причиненный ему моим внезапным появлением давеча, когда я застал его в кресле. Он недоверчиво поглядел на дом, потом повернулся на каблуках и еще недоверчивее посмотрел на меня.

— Данным давно живу я на свете, проговорил этот лучший и милейший из всех старых слуг, — но этакой штуки никак не думал дождаться. Вот он дом стоит, а вот он мистер Франклин Блек, и что же, будь я проклят, если один из них не повернулся спиной к другому и не идет спать на квартиру.

Он пошел вперед, покачивая годовой и зловеще ворча.

— Теперь уж только одного чуда не хватает, — сказал он мне, оглядываясь через плечо, — вам остается, мистер Франклин, заплатить мне семь шиллингов и шесть пенсов, которые заняли у меня мальчиком.

Эта острота несколько восстановила в нем хорошее расположение духа по отношению к себе самому и ко мне. Пройдя двор, мы вышли за ворота. Как только мы очутились вне ограды, обязанности гостеприимства (по Бетереджеву уставу о нравах) прекращались, и любопытство заявило свои права.

Он замедлил шаги, чтобы дать мне поравняться с ним.

— Славный вечер для прогулки, мистер Франклин, — сказал он, как будто мы случайно и только что встретились друг с другом, — А ведь если бы вы пошли во фризингалльскую гостиницу, сэр…

— Ну, что же?

— Я имел бы честь поутру завтракать с вами.

— Вместо этого, приходите завтракать со мной в Готтеротонскую ферму.

— Премного обязав вашей доброте, мистер Франклин. Но я собственно не к завтраку подбирался-то. Кажется, вы упоминали, что хотите кое-что сказать мне? Если это не тайна, сэр, — сказал Бетередж, внезапно меняя окольный путь на прямой, — то я сгораю желанием знать, что именно так внезапно привело вас в эту сторону?

— Что привело меня сюда в прошлый раз? — спросил я.

— Лунный камень, мистер Франклин. Но что же теперь-то приводит вас?

— Опять Лунный же камень, Бетередж.

Старик остановился как вкопанный и глядел на меня в сероватом сумраке, словно подозревая свои уши в обмане.

— Если это шутка, сэр, — сказал он, — так я, надо быть, глуповат становлюсь на старости лет. Никак не пойму.

— Вовсе не шутка, — отвечал я, — я приехал сюда возобновить следствие, прерванное перед моим отъездом из Англии. Я приехал сюда затем, чего никто еще не сделал, — я хочу разузнать, кто взял алмаз.

— Бросьте вы алмаз, мистер Франклин! Вот вам мой совет, бросьте алмаз! Эта проклятая индийская драгоценность сбивала с толку всех, кто ни подходил к ней. Не тратьте денег и здоровья, — в цвете лет, сэр, — на возню с Лунным камнем. Можете ли вы надеяться на успех (без ущерба себе), когда сам пристав Кофф промахнулся? Пристав Кофф! — повторил Бетередж, погрозив мне указательным пальцем, — первый полицейский чиновник во всей Англии!

— Я решился, старый дружище. Не отступлю и перед самим приставом Коффом. Кстати, рано или поздно мне, быть может, понадобится переговорить с ним. Не слыхали ль вы о нем чего-нибудь в последнее время?

— Пристав не поможет вам, мистер Франклин.

— Почему же?

— Со времени вашего отъезда, сэр, в полицейских кружках произошло некоторое событие. Великий Кофф удалился от дел, приобрел себе маленький коттедж в Доркинге и сидит по горло в своих розах. Он собственноручно известил меня об этом, мистер Франклин. Он вырастил белую махровую розу, не прививая ее к шиповнику. И мистер Бегби, наш садовник, собирается в Доркинг признаваться, что пристав наконец победил его.

— Ну, не велика важность, — сказал я, — обойдемся и без помощи пристава. На первых порах я доверюсь вам.

Весьма вероятно, что я несколько небрежно произнес это. Как бы то ни было, Бетереджа, по-видимому, что-то задело за живое в этом ответе.

— Вы могли довериться кому-нибудь и похуже меня, мистер Франклин, вот что я вам скажу, — проговорил он с некоторою резкостью.

Тон этого возражения и некоторое беспокойство, подмеченное мной в нем после этих слов, подали мне мысль, что он имеет какие-то сведения, которых не решается сообщать мне.

— Я ожидаю, что вы поможете мне, — сказал я, — собрать отрывочные улики, оставшиеся после пристава Коффа. Я знаю, что вы можете это сделать. Не можете ли вы сделать еще чего-нибудь?

— Чего же еще можете вы ожидать от меня, сэр? — спросил Бетередж с видом крайнего смирения.

— Я жду большего, судя по тому, что вы сейчас сказали.

— Это одно хвастовство мое, мистер Франклин, — упрямо возразил старик, — некоторые так и родятся хвастунами; до самой смерти не могут отвыкнуть. Вот и я такой же.

Оставался еще один способ взяться за него. Я обратился к его участию в Рэйчел и ко мне.

— Бетередж, порадуетесь ли вы, если мы с Рэйчел опять станем добрыми друзьями?

— Я служил вашему семейству, сэр, и для более скромных целей, если уж вы сомневаетесь в этом!

— Помните ли вы, как со мной обращалась Рэйчел перед моим отъездом из Англии?