За долгие годы существования в нём попросту не могли не зародиться ненависть и чувство обиды. Крауд имел право ненавидеть Империю Андрас больше, чем кто-либо другой. Вместо того, чтобы защищать её, не было бы ничего странного в том, если бы он пытался её уничтожить.
— Однажды я решил: если наступит день, когда мой меч обретет свободу, я лично уничтожу её.
— читался немой вопрос в глазах Теодора.
— 200 лет, — произнес Крауд голосом, который казался уже не просто уставшим, а по-настоящему старческим, — Через 200 лет гнев, кипящий внутри меня, остыл, а ненависть утратила свою остроту. Я наблюдал за людьми, которые ничего не знали, воспитывал учеников, которые ничего не ведали, и сражался с врагами, которые ни о чём не догадывались.
— Итак?
— Итак, я понял, что моя ненависть направлена не в ту сторону.
Возможно, смерти всех этих людей и были трагичными, но души рыцарей, спящие внутри Крауда, посвятили себя служению Империи. Они с самого детства были верны своей стране, оттачивали владение мечом и завоевывали уважение других. Крауд не знал, что представляет собой Мелтор, но эти люди по-своему любили Андрас и были верны ему.
И вот, когда гнев и ненависть Крауда рассеялись, он осознал то, чего хочет на самом деле.
— Рой надеялся, что никто в его родном городе больше не умрёт от голода. Диксен молился о том, чтобы когда-нибудь в этой стране был слышен счастливый детский смех. Карлос хотел, чтобы великая империя существовала вечно. Именно от них я получил свою жизнь. Вот почему я понял, что хочу сохранить Андрас.
На этом Крауд закончил свою историю, которая оказалась как длинной, так и короткой. И никто не мог в ответ и слова вымолвить. Несмотря на то, что Крауд не был человеком, он хотел жить как человек больше, чем кто-либо другой.
На этом враждебное настроение делегации исчезло окончательно. Все четверо присутствующих здесь людей поняли, что лежит на сердце у Крауда. Возможно, он и был порождением истинного монстра, но человечности в нём было больше, чем у большинства людей.
— … Нечеловек стал человеком.
— Да уж, — пробормотал Тео, не удержавшись от улыбки, — Это даже забавно.
Крауд улыбнулся в ответ. Не исключением были и остальные люди.
Тем временем в башне прошуршал легкий ветерок, а с ним было принято и окончательное решение.
Теодор Миллер сделал шаг вперед и обратился к Крауду:
— Ваше Величество.
В отличие от начала встречи, тон Теодора был предельно вежливым.
— Мелтор признает Ваше положение в качестве Императора Андраса и соглашается принять участие в этой встрече для обсуждения условий прекращения войны.
— Хе-хе. Спасибо, сэр Теодор.
Королевство Мелтор устами своего представителя официально согласилось принять участие в переговорах. Однако до того, как перейти к полноценному обсуждению, Теодор задал ещё один, беспокоящий его вопрос.
— Кстати, о чем Вы хотели переговорить со мной? Не думаю, что это как-то связано с соглашением.
— Ах, да, я позвал тебя, потому что ты — вовлеченная сторона.
— Что это значит? — с недоумением переспросил Тео.
В ответ Крауд странно улыбнулся и произнес:
— Чернокнижник, которого ты освободил, Джерем. Он пришел ко мне.
— Что!?
Четверо людей уже во второй раз за сегодня пораженно застыли на месте.
Это была по-настоящему удивительная история.
Чернокнижник 9-го Круга, освобожденный от уз гримуара, «Поклонения Смерти», решил встретиться с Императором Андраса?
Впрочем, возможно, Джерем попросту хотел занять вакансию, освободившуюся после исчезновения Инвидии. Семь Мечей канули в небытие, а без них Империя Андрас представляла собой лакомый кусок пирога. Это государство обладало широкими землями и могло похвастаться огромным населением, что было весьма соблазнительно для чернокнижника.
Вероятно, он намеревался вернуть своё былое могущество при помощи человеческих жертвоприношений.
Империя Андрас занимала около 60% площади северного континента. Принесения в жертву всего лишь одного или двух процентов населения уже было достаточно, чтобы получить невиданную мощь. Если бы Джерем занял престол Андраса, Королевству Мелтор пришлось бы бросить против Белфорта все свои силы.
И вот, с холодным отсветом в глазах Крауд начал рассказывать о визите колдуна:
— Каким-то образом он был осведомлен о моей личности и намеренно искал меня. Джерем решил, что я предатель, ослепленный властью, и сказал, что вместе мы сможем взять под контроль весь северный континент.
— Ха, об этом не может быть и речи.
— Что ж, если бы меня интересовала некрофилия, то я, может быть, и задумался бы.
Теодор рассмеялся. Впрочем, несмотря на то, что это была шутка, в ней содержалась доля истины. Если бы Крауд вступил в сговор с Джеремом, большая часть населения Андраса использовалась бы для жертвоприношений.
И тогда северный континент превратился бы в ад уже за месяц, что пошло бы вразрез с предсказанием Хитклиффа.
— Однако я не хочу править гнилыми трупами, а потому решил отказаться.
— И Джерем отступил?
